— Только месяц, честно. Мне просто надо прийти в себя и найти что-нибудь нормальное.
Вера стояла в прихожей с тремя чемоданами, двумя пакетами и лицом человека, которого жизнь только что выбросила на улицу.
Алина отступила от двери.
— Заходи.
Ещё час назад она собиралась провести вечер одна: заказать еду, открыть ноутбук и наконец закончить проект, который висел над ней уже вторую неделю. Но после звонка подруги планы перестали иметь значение.
Вера рассталась с мужчиной, у которого жила почти два года. Расставание получилось быстрым и неприятным. Он дал ей сутки, чтобы забрать вещи.
— Я уже представляла, как ночую на вокзале, — говорила Вера, таская чемоданы в комнату. — Ты меня буквально спасла.
— Не драматизируй. Гостиная всё равно пустая.
Квартиру Алина купила меньше года назад. Двухкомнатная, светлая, с большой кухней и просторной гостиной, которую она пока не успела обставить. Там стояли только диван, столик и старый книжный шкаф.
— Месяц точно можешь жить спокойно, — сказала она. — Только потом мне понадобится комната. Я хочу здесь рабочее место сделать.
Вера обняла её.
— Через месяц меня здесь уже не будет.
Первые дни всё действительно было почти идеально.
Вера вставала раньше, варила кофе на двоих, убирала за собой. Однажды приготовила ужин и даже купила продукты.
По вечерам они сидели на кухне, вспоминали университет, обсуждали бывшего Веры и смеялись над историями десятилетней давности.
Алина несколько раз ловила себя на мысли, что ей даже нравится снова жить не одной.
На пятом дне Вера попросила разрешения пригласить подругу.
— На пару часов. Просто поболтаем.
— Конечно.
Подруга пришла одна.
Через неделю пришли уже трое.
Они сидели до половины первого ночи.
Алина утром должна была проводить важный созвон и около полуночи вышла в гостиную.
— Вер, можно чуть тише?
Вера посмотрела удивлённо.
— Мы разве громко?
Один из гостей тут же убавил музыку.
На следующий день Вера извинилась.
Но через два дня снова привела людей.
Потом начала оставлять косметику по всей ванной.
Сначала одна баночка.
Потом фен, полотенца, шампуни, маски, коробка с косметикой.
Однажды утром Алина десять минут стояла под дверью ванной.
— Вера, мне через двадцать минут выходить.
— Сейчас!
«Сейчас» продолжалось ещё пятнадцать минут.
Когда Вера наконец вышла, на голове у неё было полотенце.
— Я же говорила, что быстро.
Алина посмотрела на часы.
— Ты сорок минут там была.
— Господи, Алин, я же не специально.
В холодильнике тоже стали происходить изменения.
Сыр, который Алина купила вечером, утром исчезал.
Молоко заканчивалось.
Коробка конфет, которую ей подарили на работе, однажды появилась на столе перед гостями Веры.
— Ты могла хотя бы спросить, — сказала Алина позже.
Вера пожала плечами.
— Я тебе куплю другую.
— Дело не в конфетах.
— А в чём?
Алина хотела объяснить.
Но вдруг почувствовала себя мелочной хозяйкой, которая считает куски сыра и минуты в ванной.
— Ни в чём.
Она всё чаще напоминала себе: осталось немного.
Три недели уже прошли.
За это время Алина ни разу не увидела, чтобы Вера искала квартиру.
— Ты варианты смотришь? — спросила она однажды.
— Конечно.
— Нашла что-нибудь?
— Пока всё ужасное.
— В каком смысле?
— Или дорого, или далеко, или ремонт кошмарный.
Алина поставила чашку на стол.
— До конца месяца восемь дней.
— Я помню.
— Просто предупреждаю.
Вера улыбнулась.
— Ты думаешь, я решила у тебя прописаться?
Шутка Алине не понравилась.
Через два дня она вернулась домой раньше.
В квартире никого не было.
Вера куда-то ушла.
Алина переоделась, открыла ноутбук и решила немного поработать. Через полчаса телефон показал уведомление от приложения с объявлениями недвижимости.
Она сама несколько месяцев назад следила там за ценами и не отключила рекомендации.
На экране появилась знакомая фотография.
Алина сначала подумала, что ошиблась.
Светлая гостиная.
Её гостиная.
Тот самый серый диван.
Шкаф.
Окно.
Она нажала на объявление.
«Сдаётся уютная комната в двухкомнатной квартире».
Цена: 35 000 рублей в месяц.
Залог: 35 000.
Алина перечитала строку дважды.
Потом стала листать фотографии.
Кухня.
Коридор.
Ванная.
Даже её спальня была снята с приоткрытой двери так, чтобы казалось, будто квартира просторнее.
Фотографии явно делали днём.
Когда Алины не было дома.
В описании значилось:
«Собственник. Без комиссии».
Ниже было написано, что в соседней комнате живёт «спокойная работающая девушка, которая почти всё время проводит вне дома».
Алина почувствовала, как у неё холодеют руки.
Она ещё раз посмотрела имя автора объявления.
Не Вера.
Там стояло другое имя.
Но номер телефона она узнала.
Несколько минут Алина просто сидела перед экраном.
Затем набрала Веру.
— Ты где?
— В магазине. А что?
— Ничего. Просто спросила.
— Тебе что-нибудь взять?
Алина посмотрела на объявление.
— Нет.
Она не стала устраивать разговор по телефону.
Не стала даже писать.
Вместо этого создала новый аккаунт.
Поставила фотографию какой-то чашки кофе вместо лица.
Написала:
«Здравствуйте. Комната ещё свободна?»
Ответ пришёл почти сразу.
«Да».
Алина набрала:
«Можно посмотреть в субботу?»
Вера ответила:
«Конечно. В какое время удобно?»
Алина смотрела на экран и почти не верила.
Подруга не просто выложила объявление.
Она реально собиралась кого-то заселить.
«В 15:00».
«Подойдёт».
Через минуту Вера прислала адрес.
Адрес Алины.
Вечером Вера вернулась с пакетом продуктов.
— Я купила тебе тот сыр, — сказала она.
Алина посмотрела на неё.
— Спасибо.
— Ты какая-то странная.
— Устала.
Вера спокойно прошла на кухню.
Алина наблюдала за ней и впервые за весь месяц увидела происходящее совсем иначе.
До этого она воспринимала подругу как человека, который слишком расслабился.
Теперь поняла: дело было не в расслабленности.
Вера давно перестала воспринимать эту квартиру как чужую.
В пятницу Алина позвонила Кате.
Они дружили втроём ещё со студенческих лет, хотя в последние годы Катя с Верой почти не общалась.
— Мне нужна помощь.
— Что случилось?
Алина отправила ей ссылку.
Через минуту Катя перезвонила.
— Это твоя квартира?
— Да.
— А объявление кто дал?
— Угадай.
Катя молчала секунды три.
— Ты шутишь.
— Хотелось бы.
— Что ты будешь делать?
— Хочу посмотреть, как далеко она готова зайти.
Катя согласилась сыграть потенциальную квартирантку.
Её муж Андрей неожиданно вызвался поехать вместе с ней.
— Скажем, что я дядя. Деньги даю, поэтому хочу посмотреть условия.
В субботу утром Вера выглядела нервной.
Она несколько раз прошлась по гостиной, сложила плед, протёрла стол.
Алина специально сидела на кухне.
— Гостей ждёшь?
Вера резко повернулась.
— Каких гостей?
— Ты с утра квартиру натираешь.
— Просто убираюсь.
Около двух часов Вера вдруг сказала:
— Алин, ты сегодня куда-нибудь собиралась?
— Нет.
— Может, сходишь куда-нибудь?
— Зачем?
— Да просто. Погода хорошая.
Алина едва не рассмеялась.
— Я дома побуду.
Вера посмотрела недовольно.
Через десять минут телефон у неё зазвонил.
Она ушла в коридор.
Говорила тихо.
Алина услышала только:
— Сегодня не получится.
Пауза.
— Да, внезапно обстоятельства.
Ещё пауза.
— Нет, завтра тоже сложно.
Алина уже знала, кто звонит.
Катя.
Через пять минут домофон всё равно зазвонил.
Вера замерла.
— Ты кого-то ждёшь? — спросила Алина.
— Нет.
Домофон зазвонил снова.
Алина поднялась.
— Я открою.
— Не надо!
Слишком быстро.
Они встретились взглядами.
Алина нажала кнопку.
— Кто?
Из динамика раздался голос Кати, слегка изменённый:
— Мы насчёт комнаты.
У Веры изменилось лицо.
— Алин…
— Какой комнаты? — спокойно спросила Алина.
— Я объясню.
— Сейчас и объяснишь.
Через минуту в дверь позвонили.
Вошла Катя в очках и с собранными волосами. Рядом стоял Андрей в пальто, с серьёзным выражением лица.
Вера растерялась.
Очевидно, Катю она не узнала сразу.
— Здравствуйте, — сказала Катя. — Мы на просмотр.
— Сегодня уже не получится.
— Но мы договаривались.
— Возникли обстоятельства.
Алина вышла из кухни с телефоном в руке.
— Какие именно?
Вера побледнела.
Алина открыла объявление.
— Может, потому что настоящая хозяйка квартиры неожиданно оказалась дома?
Катя сняла очки.
Теперь Вера узнала её.
— Катя?
Андрей прислонился к стене.
— Вот теперь стало интереснее.
Вера посмотрела сначала на них, потом на Алину.
— Это что за спектакль?
— Это я хотела спросить.
Алина повернула экран телефона.
— Ты сдаёшь мою гостиную за тридцать пять тысяч?
— Всё не так.
— Тогда расскажи, как.
— Я собиралась тебе сказать.
Катя тихо усмехнулась.
Алина даже не повернула головы.
— Когда? После того как получила залог?
Вера вспыхнула.
— Никто ничего не получил!
— Пока.
— Я просто смотрела спрос.
— Для чего?
— Хотела понять, реально ли вообще сдать комнату.
— Мою комнату.
— Она пустует!
Вот здесь Алина окончательно поняла, что никакого нормального объяснения не будет.
Вера говорила это искренне.
Будто пустая комната автоматически становилась общим ресурсом.
— То есть если я чем-то не пользуюсь, ты можешь это продавать?
— Не передёргивай.
— Ты сфотографировала мою квартиру без разрешения.
Вера молчала.
— Написала, что собственник — ты.
— Там не написано моё настоящее имя.
— Очень успокаивает.
— И вообще я бы всё контролировала.
— Что именно?
— Кто въедет. Чтобы человек был нормальный.
Алина даже рассмеялась.
— Спасибо, что решила подобрать мне соседа в моей квартире.
Вера резко села на диван.
— Мне нужны деньги.
В комнате стало тихо.
— Какие деньги?
Вера отвела глаза.
— У меня долги.
— Какие?
— Микрозаймы.
Алина нахмурилась.
О долгах она ничего не знала.
— Сколько?
— Неважно.
— Раз ты решила платить их моей квартирой, теперь важно.
Вера долго молчала.
Потом назвала сумму.
Она была больше двухсот тысяч.
После расставания мужчина перестал помогать ей с платежами. Несколько займов уже ушли в просрочку.
— Я думала, сдам комнату на пару месяцев, — сказала Вера. — Потом всё закрою.
— А жить где будешь ты?
— Здесь.
Алина посмотрела на неё.
— То есть ты собиралась жить у меня бесплатно и ещё сдавать мою комнату?
Вера раздражённо встала.
— Ты всё выставляешь так, будто я преступление совершила.
— А как это ещё выставить?
— Ты сама говорила, что гостиной не пользуешься.
— И?
— Я подумала, почему бы ей не приносить деньги.
— Мне?
Вера замолчала.
Алина кивнула.
— Вот именно.
— Я потом бы с тобой поделилась.
— Сколько?
Ответа снова не было.
Катя отвернулась к окну.
Андрей тихо сказал:
— Думаю, нам лучше уйти.
Когда дверь за ними закрылась, Алина посмотрела на Веру.
— У тебя два часа.
— Что?
— Собирай вещи.
— Алин, куда я пойду?
— Не знаю.
— Ты серьёзно сейчас?
— Абсолютно.
— У меня нет квартиры!
— А месяц назад ты говорила, что за месяц найдёшь.
— Я не успела.
— Ты даже не искала.
— Потому что у меня всё навалилось!
— Но время фотографировать мою спальню и отвечать потенциальным жильцам нашлось.
Вера закрыла лицо руками.
Через минуту заплакала.
Раньше Алина бы сразу сдалась.
Обняла.
Сказала: «Ладно, успокойся».
На этот раз она осталась стоять.
— Я не хотела тебя обмануть.
— Ты уже обманула.
— Я бы всё исправила.
— Как?
— Удалила бы объявление.
— После того как я его нашла.
Вера резко поднялась.
— Мы десять лет дружим!
Алина почувствовала, как внутри всё окончательно остыло.
— Вот поэтому я и пустила тебя в свой дом без единого вопроса.
— И теперь выставляешь на улицу.
— Нет. Ты сама решила, что моё доверие — это бесплатная жилплощадь и способ заработать.
Вера ничего не ответила.
Через два часа чемоданы снова стояли в прихожей.
Те же три.
Только теперь между двумя женщинами не было ни объятий, ни обещаний.
Перед уходом Вера остановилась.
— Ты пожалеешь.
Алина устало посмотрела на неё.
— Возможно.
— Из-за денег разрушила дружбу.
— Нет.
Она открыла дверь.
— Деньги тут как раз ни при чём.
Вера ушла.
На следующий день Алина вызвала мастера и поменяла замок.
Потом удалила с дивана чужой плед, собрала оставшиеся вещи Веры в пакет и написала, где их можно забрать.
Объявление она сохранила.
Не потому что собиралась кому-то его показывать.
Просто иногда полезно иметь перед глазами доказательство того, как далеко человек может зайти, если слишком долго принимает чужую доброту за отсутствие границ.
Через месяц в гостиной появился рабочий стол.
Потом книжные полки.
На месте, где Вера собиралась поселить незнакомого человека за тридцать пять тысяч, Алина поставила кресло.
Иногда, проходя мимо него, она вспоминала тот субботний звонок в домофон.
Не с обидой.
С облегчением.
Потому что если бы приложение случайно не показало ей знакомую фотографию, однажды вечером она вполне могла открыть дверь собственной квартиры и увидеть на пороге человека с чемоданом, который был бы абсолютно уверен, что уже заплатил за право здесь жить.