— Рома, подожди! А мы с Сеней куда сядем?
Оксана стояла на ступеньках роддома, прижимая к груди свёрток с новорождённым сыном. Возле крыльца блестел огромный чёрный внедорожник с белыми лентами на капоте. В салоне уже расположились свекровь, сестра Романа с мужем и ещё двое родственников.
Сам Роман поправлял воротник рубашки перед камерой.
— Ксюх, ну не начинай. Сейчас оператор последний кадр снимет.
— Я спрашиваю, где наше место.
Муж оглянулся на машину, словно только теперь вспомнил, что в ней ограниченное количество сидений.
— Слушай, тут всё занято. Возьми такси, ладно? Мы в ресторане встретимся.
Оксана решила, что он шутит.
— Какое такси? Я четыре дня назад родила. У меня ребёнок на руках!
— Ну так закажи с детским креслом. Не маленькая. Я не могу сейчас всех пересаживать, мы уже опаздываем.
Оператор неловко опустил камеру.
Ещё десять минут назад всё выглядело как сцена из дорогого семейного фильма. Роман встречал жену с огромным букетом, музыканты играли романтическую мелодию, свекровь вытирала слёзы, а родственники хлопали в ладоши.
Оксана почти ничего не успела понять. Её переставляли с места на место, просили повернуться к свету, поднять букет, улыбнуться и показать лицо ребёнка.
Сеня проснулся и заплакал.
— Давайте ещё один дубль, — командовал Роман. — Ксюша, только не такое лицо. У нас праздник!
Теперь съёмка закончилась, и оказалось, что в этом празднике для неё самой места не предусмотрели.
— Роман, у нас даже автолюльки нет, — сказала Оксана.
— Господи, сколько проблем! Я всё организовал, деньги потратил, а ты вместо спасибо устраиваешь сцену.
Свекровь выглянула из окна автомобиля.
— Оксаночка, не задерживай всех. Ребёнка застудишь. Доедешь спокойно, ничего страшного.
Роман захлопнул дверь.
Через минуту внедорожник выехал с территории роддома.
Оксана осталась стоять с букетом, сумкой и плачущим сыном.
— Доченька, ты чего здесь одна?
Она обернулась.
Возле парковки стоял её отец, Николай Андреевич. На нём была старая коричневая куртка, в руках он держал автолюльку, а за плечом висела небольшая сумка.
— Папа? Ты откуда?
— Встретить приехал. Роман сказал, чтобы я не появлялся возле крыльца. Мол, у них профессиональная съёмка, моя машина в кадр не впишется.
Оксана смотрела на отца, не находя слов.
— Я через дорогу подождал, — продолжил он. — Думал, после фотографий подойду, внука увижу. А они уехали. Что случилось?
Она попыталась ответить, но вместо слов расплакалась.
Отец осторожно забрал у неё тяжёлую сумку.
— Так, сначала садимся в машину. Потом расскажешь.
— Пап, они меня забыли.
— Я видел, — тихо ответил он.
В его стареньком универсале пахло чистыми чехлами и яблоками. Автолюлька была новой, с инструкцией и правильно закреплённой базой.
— Я заранее разобрался, как её ставить, — объяснил отец. — Даже видео посмотрел. В магазине сказали, что для новорождённых подходит.
Пока Оксана устраивала Сеню, Николай Андреевич открыл багажник. Там лежали пакеты с подгузниками, детским порошком и влажными салфетками.
— Это всё зачем?
— А я комнату у себя приготовил. Кроватку поставил, матрас купил. Думал, будете приезжать ко мне иногда. Вдруг понадобится.
Оксана вспомнила, как Роман последние недели обещал собрать детскую кроватку, но всё откладывал: то работа, то встреча, то подготовка к выписке.
— Пап, можно мы к тебе поедем?
Он закрыл багажник.
— Конечно. Я только за этим и приехал.
Дома у отца было тепло и тихо.
В бывшей комнате Оксаны стояла деревянная кроватка, рядом — пеленальный столик. На полке лежали аккуратно сложенные распашонки. Николай Андреевич даже купил маленький ночник, чтобы дочь не включала яркий свет во время кормления.
— Если что-то не так, скажешь, — смущённо произнёс он. — Я давно с младенцами не управлялся.
Оксана обняла его.
Телефон тем временем разрывался от звонков Романа.
Сначала муж спрашивал, где она. Потом требовал немедленно приехать в ресторан, потому что гости ждут появления матери с ребёнком.
«У нас оплачена отдельная съёмка за столом!» — написал он.
Оксана ответила коротко:
«Я с Сеней у папы. В ресторан не приедем».
Роман прислал несколько голосовых сообщений, но она не стала их слушать.
Когда сын уснул, Оксана решила заказать недостающие детские вещи. Открыла банковское приложение и несколько секунд не могла понять, что видит.
На счёте оставалось восемьсот сорок шесть рублей.
Ещё недавно там было больше ста сорока тысяч — декретные выплаты и деньги, которые она откладывала на первые месяцы после родов.
Она открыла историю операций.
Аренда автомобиля. Предоплата ресторану. Музыканты. Услуги видеооператора. Цветы. Подарочный сертификат в ювелирный магазин.
Последний платёж был оформлен за день до выписки.
Оксана увеличила экран.
Сертификат на двадцать пять тысяч рублей.
Вспомнила, как свекровь сегодня показывала гостям новую подвеску и рассказывала, что сын сделал ей подарок в честь рождения внука.
Роман имел доступ к карте Оксаны: раньше они вместе оплачивали покупки, и она не видела в этом проблемы.
Теперь она заблокировала карту и отключила его доступ к счёту.
Потом позвонила мужу.
— Рома, где мои деньги?
— Какие ещё деньги?
— Те, что были на моём счёте. Ты потратил почти всё на выписку?
— А ты думала, такая встреча бесплатно делается? Я хотел, чтобы у нас всё было красиво.
— У нас дома кроватки нет!
— Купим потом. Ты вообще понимаешь, сколько стоит нормальная организация праздника?
— Ты потратил деньги, которые нужны были на ребёнка, и даже не спросил меня.
Роман помолчал.
— Ксюша, ты сейчас на эмоциях. После родов у женщин бывает. Давай поговорим, когда успокоишься.
Она завершила звонок.
На следующий день Оксане позвонила тётя Галя из Германии.
— Ну что, как наш малыш? Я фотографии видела. Очень красиво вас встретили!
— Спасибо, тёть Галь. Сеня здоров, спит сейчас.
— А коляску уже купили? Роман говорил, что вы хорошую модель присмотрели.
Оксана нахмурилась.
— Какую коляску?
— Ну на которую я деньги отправляла. Две тысячи евро. Я же ещё месяц назад перевела, через Романа. Он сказал, что всё получил.
Оксана присела на край кровати.
— Тёть Галь, у нас нет коляски.
Повисла пауза.
— Как нет? Я специально прислала деньги, чтобы вы не экономили на ребёнке.
Пришлось рассказать правду.
Тётя Галя долго молчала, потом попросила переслать ей реквизиты личного счёта Оксаны.
— Больше ничего через Романа или его мать передавать не буду. Если хочу что-то купить Сене, буду договариваться с тобой.
Оксана поблагодарила её и попросила пока ничего не присылать.
Ей нужно было разобраться хотя бы с тем, что уже произошло.
Вечером она позвонила свекрови.
— Вы знали, что Роман потратил деньги тёти Гали на праздник?
— А что такого? — удивилась та. — Родственница помогла молодой семье. Вот сын и устроил достойную встречу.
— Деньги присылали на коляску и вещи для ребёнка.
— Ой, Оксана, не будь такой мелочной. У вас теперь такие фотографии останутся! На всю жизнь память.
Оксана посмотрела на спящего Сеню.
— Да, память останется, — сказала она и закончила разговор.
Через четыре дня Роман приехал к тестю с большим букетом и коробкой пирожных.
Николай Андреевич открыл дверь, молча пропустил его в прихожую и ушёл на кухню.
— Ксюша, ну хватит уже, — начал Роман. — Я понимаю, ты устала. Но мы же семья.
Оксана сидела возле кроватки. Сеня только уснул, и она попросила мужа говорить тише.
— Я пришёл мириться, — продолжил он. — У нас столько всего запланировано. Оператор уже смонтировал видео, нужно ещё семейную фотосессию сделать.
— Рома, у нас ребёнку неделя.
— Вот именно! Потом он изменится, такого маленького уже не снимешь.
Оксана спросила, когда муж собирается вернуть потраченные деньги.
Он поморщился.
— Я пока сам должен за ресторан. Ещё монтаж надо оплатить. Слушай, может, твоя тётя немного поможет? Она же обеспеченная женщина.
Оксана не поверила своим ушам.
— Ты уже получил от неё две тысячи евро.
— Так они ушли на подготовку. Я же для нас старался.
Он оглядел комнату.
— Кстати, кроватка у твоего отца какая-то простая. Для фотосессии можно взять напрокат красивую, с балдахином. На пару часов, недорого.
Оксана медленно встала.
— Ты сейчас серьёзно?
— А что? Фотографии будут отличные. Только тебе нужно написать маме, что ты погорячилась. Скажи, гормоны после родов, сама не понимала, что говоришь.
— Ты оставил меня с новорождённым ребёнком возле роддома.
— Не оставил, а предложил вызвать такси.
— Без автолюльки. После того как потратил мои деньги.
— Опять начинаешь!
Сеня заворочался и заплакал.
Роман недовольно посмотрел на кроватку.
— Вот видишь, даже ребёнка разбудила.
Оксана взяла сына на руки.
— Рома, уходи.
— То есть ты из-за какой-то машины собираешься разрушить семью?
— Не из-за машины. Из-за того, что тебе важнее показать семью чужим людям, чем позаботиться о ней.
Он постоял в дверях, ожидая, что она передумает.
— И сына мне теперь не покажешь?
— Можешь приходить и общаться с Сеней. Договоримся о времени. Но без операторов, постановочных фотографий и зрителей. Если хочешь быть отцом, просто будь им.
Роман забрал букет и ушёл, оставив пирожные на тумбочке.
Через неделю он опубликовал видео с выписки.
Оксана увидела его случайно: знакомая прислала ссылку с сообщением «Как красиво вас встретили!».
На экране под торжественную музыку подъезжал чёрный внедорожник. Роман выходил с букетом, улыбался, обнимал мать. Родственники аплодировали, музыканты играли возле крыльца.
Оксана появлялась всего на несколько секунд. Камера показывала её со спины, потом крупно снимала детское одеяло и счастливое лицо Романа.
Под видео было написано, что это самый прекрасный день в его жизни.
Оксана уже собиралась закрыть ролик, когда заметила знакомую фигуру на заднем плане.
Она остановила запись.
Через дорогу, возле серого универсала, стоял её отец. В одной руке он держал автолюльку, другой придерживал ремень сумки. Не подходил, не махал, не пытался попасть в кадр.
Просто ждал.
Оксана несколько секунд смотрела на неподвижное изображение.
Потом сохранила этот кадр отдельно.
Вечером Николай Андреевич вернулся из магазина с упаковкой подгузников и двумя пакетами продуктов.
— Пап, я тут тебя на видео нашла, — сказала она.
— Меня? Да я вроде далеко стоял.
— Далеко.
Он поставил пакеты на пол.
— Ну и ладно. Главное, что я вас тогда дождался.
Оксана улыбнулась и пошла ставить чайник. Сеня спал в своей кроватке, а отец на кухне уже разбирал покупки.