— Четырнадцатый? Лена, ты сейчас серьёзно?
Дмитрий отодвинул тарелку с ужином так резко, что ложка упала на пол.
Елена стояла возле плиты, сжимая в руке снимок УЗИ. Она ожидала удивления, возможно, недовольства. Денег в семье постоянно не хватало, а младшему ребёнку ещё не исполнилось двух лет.
Но такого взгляда от мужа она не ждала.
— Я сегодня была у врача. Срок почти десять недель.
Дмитрий поднялся.
— Нет. Всё, хватит. Я больше так жить не собираюсь.
— Дима, давай спокойно поговорим.
— О чём? О том, где взять ещё одну кроватку? Или как разместить четырнадцать детей в четырёх комнатах?
Он вышел в спальню. Лена услышала, как открывается шкаф.
Когда она вошла следом, муж уже доставал дорожную сумку.
— Ты куда?
— Ухожу. Я давно собирался сказать.
— Что сказать?
Дмитрий бросил в сумку несколько футболок.
— У меня другая женщина. Мы будем жить вместе.
Лена прислонилась к дверному косяку.
За стеной шумели дети. Кто-то просил помочь с математикой, маленькая Маша плакала из-за сломанного карандаша.
— И давно у тебя другая женщина?
— Несколько месяцев.
— А дети?
— Буду помогать, насколько смогу.
Он застегнул сумку и прошёл мимо неё.
Восемнадцатилетний Артём встретил отца в прихожей.
— Пап, ты куда собрался?
— Нам с мамой нужно пожить отдельно.
— А мы тут при чём?
Дмитрий не ответил.
Дверь закрылась, и Лена вдруг поняла, что в доме стало не тише. Дети по-прежнему разговаривали, ссорились, смеялись.
Просто теперь всё это было только её заботой.
Первые два месяца Лена почти не спала.
Старшие помогали младшим собираться в школу, Артём ходил за продуктами, четырнадцатилетняя Полина научилась готовить огромную кастрюлю супа.
Но коммунальные платежи, одежда, лекарства и школьные расходы никуда не исчезли.
Дмитрий перечислял деньги нерегулярно. После официального оформления алиментов выяснилось, что его подтверждённый доход настолько мал, что поступающих сумм едва хватало на самое необходимое.
Лена раньше подрабатывала приготовлением еды на заказ, но постоянных клиентов было немного.
Беременность проходила тяжело. К вечеру отекали ноги, болела спина, а утром нужно было снова вставать раньше всех.
Однажды она обнаружила, что Артём не пошёл на занятия.
— Почему ты дома?
— Я устроился грузчиком. Сегодня первая смена.
— Артём, ты же собирался поступать!
— Мам, я пока поработаю. Потом поступлю.
Она хотела возразить, но увидела на столе неоплаченный счёт за электричество и замолчала.
В конце ноября в дверь позвонила незнакомая женщина.
Ей было около тридцати пяти. Аккуратное пальто, короткая стрижка, в руках небольшая сумка.
— Вы Елена?
— Да.
— Меня Инна зовут. Я… живу с Дмитрием.
Лена медленно открыла дверь шире.
— И зачем вы пришли?
— Мне нужно с вами поговорить. Можно?
Лена пропустила её на кухню.
Инна осмотрелась. На подоконнике сушились детские варежки, возле холодильника стояли два мешка картошки, а за столом близнецы вырезали что-то из цветной бумаги.
— Дима сказал, что у него двое детей, — тихо произнесла Инна. — И что вы давно расстались.
Лена посмотрела на неё.
— Двое?
— Да. Я случайно увидела документы по алиментам. Сначала подумала, что неправильно поняла.
— У нас тринадцать детей. Четырнадцатого жду.
Инна опустила глаза.
Несколько секунд она сидела молча.
— Я не знала, — наконец сказала она. — Правда.
— Допустим. Что дальше?
— У меня небольшая столовая. Готовим обеды для сотрудников офисного центра. Нужен повар на утреннюю смену. Я хотела предложить вам работу.
Лена невесело усмехнулась.
— Вы предлагаете мне работу из жалости?
— Нет. Дмитрий говорил, что вы хорошо готовите. Я посмотрела фотографии ваших заказов в соцсетях. Мне нужен человек, который умеет работать с большим объёмом еды.
— А если я откажусь?
— Значит, откажетесь.
Инна встала.
— Вот мой номер. Подумайте.
Лена позвонила через три дня.
Они договорились, что она начнёт с нескольких часов в день. Инна подстроила график под беременность и школьное расписание детей.
Первое время Лена готовила супы, гарниры и выпечку.
Однажды она принесла на пробу домашние пельмени.
Инна попробовала один, потом второй.
— Ты сама лепила?
— С Полиной. Мы дома часто делаем. Так дешевле, чем покупать готовые.
— А если сделать партию на продажу?
— Сколько?
— Для начала килограммов двадцать.
Лена рассмеялась.
— Это нам на вечер работы.
Первые партии раскупили сотрудники офисного центра. Потом появились заказы от соседних организаций.
Инна занималась расчётами и поиском клиентов, Лена отвечала за рецептуры и качество.
Когда стало понятно, что спрос устойчивый, женщины зарегистрировали ИП на Лену, оформили необходимые документы и сняли небольшой пищевой цех.
Деньги на оборудование дала Инна.
Но Лена настояла на договоре займа.
— Не хочу, чтобы однажды мы поссорились из-за того, кто кому сколько должен.
— Ты всем так не доверяешь?
— После Дмитрия — стараюсь считать заранее.
Инна не обиделась.
Они записали сумму, сроки возврата и подписали документы.
Младшая дочь родилась в июне.
Лена назвала её Соней.
Дмитрий в роддом не приехал. Позвонил вечером, спросил, всё ли нормально, и быстро закончил разговор.
Инна привезла Лене домашний бульон, детские вещи и помогла организовать выписку.
Несколько месяцев спустя она окончательно ушла от Дмитрия.
Повод оказался неожиданно простым.
За ужином Инна сказала, что у Сони режутся зубы и Лена почти не спит.
Дмитрий пожал плечами.
— У неё и без этой мелкой полный дом. Одним ребёнком больше, одним меньше.
Инна долго смотрела на него.
— Ты сейчас о собственной дочери говоришь?
— А что такого?
В тот вечер она собрала вещи.
Позже Инна призналась Лене, что именно эта фраза окончательно заставила её понять, с каким человеком она жила.
Женщины не стали близкими подругами сразу. Слишком странной была история их знакомства.
Но постепенно они научились доверять друг другу.
Инна приезжала на детские праздники, помогала с заказами, иногда забирала младших из кружков.
Когда Соню крестили, Лена попросила Инну стать крёстной.
Та сначала решила, что ослышалась.
— Ты уверена?
— Уверена. Ты о ней заботишься больше, чем некоторые родственники.
За семь лет их небольшое производство выросло.
Появились постоянные поставки в магазины, собственная доставка и несколько сотрудников.
Лена больше не лепила пельмени ночами на кухонном столе. Она руководила производством, проверяла новые рецептуры и постепенно выплатила Инне весь первоначальный долг.
Артём остался работать в семейном деле. Начинал с разгрузки продуктов, потом научился обслуживать оборудование и отвечал за техническую часть.
Он так и не забыл те месяцы, когда уходил грузчиком в шесть утра, а вечером помогал младшим делать уроки.
Дмитрий всё это время появлялся редко.
Иногда звонил на дни рождения, иногда присылал небольшие суммы. Чаще обещал приехать и не приезжал.
Задолженность по алиментам постепенно превысила четыреста тысяч рублей.
Лена перестала рассчитывать на его помощь.
Однажды в субботу Дмитрий появился возле их нового цеха.
Лена как раз проверяла накладные, когда сотрудница сказала, что её спрашивает какой-то мужчина.
Она вышла в коридор.
Дмитрий стоял у окна в потёртой куртке. Он похудел, волосы заметно поредели.
— Привет, Лен.
— Здравствуй.
— Можно поговорить?
Они прошли в небольшой кабинет.
Дмитрий сел и несколько секунд рассматривал фотографии на стене. На них были сотрудники, награды с местных выставок и дети Лены на семейных праздниках.
— Неплохо вы тут устроились, — сказал он.
— Работаем.
— Я слышал, бизнес у тебя хороший.
— Что ты хотел?
Он помолчал.
— Я работу потерял. С Инной давно разошлись. Квартиру сейчас снимаю, денег почти нет.
Лена ждала.
— Может, попробуем всё сначала? — наконец произнёс Дмитрий. — Столько лет вместе прожили. Дети общие.
Она даже не сразу поняла, что он предлагает.
— Ты хочешь вернуться домой?
— Ну да. Я ведь отец.
— Дима, ты ушёл, когда я была беременна Соней. Ты даже не знаешь, как она выглядит сейчас.
— Я понимаю, что ошибся.
— Ты понимаешь, что тебе негде жить и нечем платить долги.
Он поморщился.
— Не надо всё сводить к деньгам.
— А к чему? Семь лет назад мне приходилось выбирать, что купить сначала: продукты или зимние ботинки детям.
Дмитрий отвёл взгляд.
— Ты же справилась.
— Справилась. Но не одна.
Она показала на фотографию, где Инна держала маленькую Соню на руках.
— Знаешь, кто это?
— Инна.
— Она помогала мне растить детей. Твоя бывшая любовница. Она была рядом, когда Соня болела, когда Артём работал вместо учёбы, когда у нас не хватало денег даже на нормальный холодильник.
Дмитрий смотрел на снимок.
— Она мне ничего не рассказывала.
— А ты спрашивал?
Он попытался заговорить об алиментах.
— Может, ты заявление заберёшь? Там уже больше четырёхсот тысяч насчитали. Я столько сразу не найду.
— Не заберу.
— Но ты же теперь хорошо зарабатываешь.
— Это деньги детей, Дима. Не мои личные сбережения.
Он долго сидел молча.
Потом спросил:
— А у вас механик не нужен? Я с оборудованием умею работать. Хоть какую-то зарплату получать буду.
Лена задумалась.
— За техническую часть отвечает Артём. С ним и поговори.
Сын находился в мастерской при цехе.
Дмитрий зашёл туда один.
Артём выслушал его предложение, не перебивая.
— Нет, — сказал он.
— Почему? Я же твой отец.
— Именно поэтому.
Дмитрий нахмурился.
— Ты до сих пор обижаешься?
— Мне было восемнадцать, когда ты ушёл. Я вместо подготовки к поступлению разгружал фуры, чтобы младшим было что есть. Ты тогда ни разу не спросил, нужна ли помощь.
— Я сам был в сложном положении.
— А мы, по-твоему, в каком были?
Артём вытер руки полотенцем.
— Я не хочу работать с тобой. У нас есть механик на подмену, дополнительный человек не нужен.
Дмитрий вернулся к Лене раздражённым.
— Ты могла бы на него повлиять.
— Он взрослый. Это его участок работы, и решение принимает он.
— Отлично вы все против меня настроены.
Лена устало посмотрела на бывшего мужа.
— Дима, ты семь лет почти не участвовал в нашей жизни. Не надо удивляться, что теперь у каждого есть своё мнение.
В тот день дома отмечали день рождения Сони.
Лена собиралась уходить с работы пораньше, чтобы успеть украсить комнату.
Дмитрий услышал про праздник и попросил:
— Можно я хотя бы ненадолго приду?
Она колебалась.
Потом сказала:
— На несколько минут. Только без разговоров о возвращении и деньгах.
К вечеру в доме собрались дети, родственники и несколько друзей семьи.
На столе стояли салаты, домашние пироги и большой торт с ягодами.
Соня носилась между гостями в жёлтом платье, показывала подарки и никак не могла дождаться свечей.
Дмитрий держался возле двери.
Он почти никого не узнавал. Старшие дети изменились, младшие выросли, у некоторых появились собственные семьи.
Инна приехала с огромной коробкой конструктора.
Соня бросилась к ней:
— Крёстная, смотри, что мне подарили!
Инна обняла девочку и помогла распаковать коробку.
Дмитрий наблюдал за ними молча.
Когда внесли торт, все собрались вокруг стола.
Соня зажмурилась, загадала желание и с первого раза задула семь свечей.
Дети захлопали.
Лена разрезала торт, а Дмитрий незаметно вышел в прихожую.
Она проводила его до двери.
— Спасибо, что разрешила прийти, — сказал он.
— Пожалуйста.
— Я потом позвоню.
Лена ничего не ответила.
На автобусной остановке Дмитрий встретил Колю, который выбежал в магазин за соком.
Мальчику было пятнадцать. Он помнил отца лучше младших, но разговаривал с ним теперь осторожно, словно с дальним родственником.
Они постояли рядом, ожидая автобус.
Дмитрий посмотрел в сторону дома.
— Коль, а как младшую зовут?
Сын повернулся к нему.
— Ты серьёзно?
— Я помню, что мама называла. Просто вылетело из головы.
Коля помолчал.
— Соня.
Дмитрий кивнул.
— Соня.
Потом повторил ещё раз, тише:
— Соня.
Подошёл автобус.
Коля сказал, что ему в другую сторону, и пошёл обратно к магазину.
Дмитрий сел у окна, достал телефон и открыл список контактов. Нашёл номер Лены, но звонить не стал.
Вместо этого открыл заметки и записал: «Соня. Семь лет».
Автобус тронулся, а в доме за углом продолжали отмечать день рождения.