— Уютно тут у вас, по-пенсионерски, — сказал он с порога, даже не сняв пальто.
Под руку держал девушку лет двадцати пяти в обтягивающем платье. Ровесницу нашей старшей дочери. В зале мгновенно стало тихо.
— Привет, бывшая любимая. С юбилеем. Пятьдесят — солидный возраст.
Протянул пакет. Внутри — антивозрастная косметика.
— Познакомься, это Анна, моя невеста. Модель. Красивая, правда? Вижу, у тебя всё по-старому. Те же подруги, те же разговоры. А я изменился: зал, форма, молодая женщина рядом. А ты осталась такой же… ну, сама понимаешь.
Я сжала бокал так, что побелели пальцы. Но заставила себя улыбнуться.
— Спасибо, что пришли. И за подарок. Кстати, я тоже хочу познакомить тебя кое с кем.
Я кивнула в сторону дивана у окна.
Там сидел Владимир Сергеевич Краснов. Шестидесяти двух лет. Седовласый, в хорошем пиджаке, с тем спокойствием человека, которому давно не нужно ничего доказывать. Полгода назад он пришёл на мою авторскую выставку, купил три работы и позвонил на следующее утро — не чтобы торговаться, а чтобы сказать, что одна из картин заставила его думать три часа подряд.
Мы встречались с тех пор каждую неделю.
Но дело было не только в этом.
Владимир Сергеевич был председателем совета директоров холдинга, в который входили четыре строительные компании. В том числе та, где мой бывший муж Игорь работал коммерческим директором.
Последние три года. На испытательном сроке, который всё никак не заканчивался.
Игорь увидел его — и я наблюдала, как с его лица исчезает сначала усмешка, потом цвет.
— Владимир Сергеевич, — сказал он тихо. Совсем другим голосом.
— Игорь Валентинович, — Краснов кивнул без улыбки. — Неожиданно.
— Я не знал, что вы… что вы здесь знакомы с…
— Мы давно знакомы, — сказал Владимир Сергеевич. — Ирина Михайловна исключительный человек. Мне интересно, как долго вы это не замечали.
Анна тихонько потянула Игоря за рукав. Тот не двигался — он словно пытался найти ту версию себя, что была в комнате пять минут назад, и не мог.
— Я… нам, наверное, пора, — произнёс он наконец. — Я просто хотел поздравить. Без задних мыслей.
— Конечно, — сказала я. Всё с той же улыбкой. — Спасибо, что зашли.
Он ушёл быстро, почти бегом. Анна семенила рядом с растерянным лицом человека, который так и не понял, что произошло.
Дверь закрылась.
В зале секунду стояла тишина. Потом подруга Лена со второго ряда сказала — громко, на весь стол:
— Ира, он оставил косметику.
Все засмеялись. Громко, от души, так, как смеются, когда напряжение вдруг отпускает.
Владимир Сергеевич поднялся, подошёл ко мне и тихо спросил:
— Ты в порядке?
— Абсолютно, — ответила я. И это была правда.
Он взял мой бокал, долил шампанское.
— Пятьдесят, — сказал он. — Хороший возраст. Ты знаешь себе цену.
— Узнала, — согласилась я.
Мы вернулись к столу.
Антивозрастная косметика так и осталась в прихожей. Потом я отдала её соседке — та обрадовалась.
Мне она была ни к чему.