— Сорок два человека? Слава, ты серьёзно?
Ирина ещё раз пересчитала фамилии в списке, который брат прислал ей вечером. Сначала она решила, что туда случайно попали люди с прошлогоднего юбилея дяди Коли. Но нет: возле каждого имени стояла пометка — родственники, соседи, бывшие коллеги матери, друзья семьи.
Маме через две недели исполнялось семьдесят.
— А что такого? — удивился Слава. — Один раз отмечаем. Мама половину этих людей лет двадцать знает.
— Я не про то, можно их приглашать или нельзя. Я спрашиваю, кто будет кормить сорок два человека.
— Ну мы же обсуждали.
— Что именно?
— Стол.
Ирина закрыла глаза.
Под словом «обсуждали» Слава, видимо, подразумевал разговор недельной давности, когда сказал: «Надо маме хороший юбилей сделать», а Ирина ответила: «Конечно».
Никаких сорока двух человек тогда не было.
— Слава, где вы вообще собираетесь всех размещать?
— У нас. Столы в большой комнате поставим, ещё один в коридоре. Лена уже схему нарисовала.
Через минуту брат прислал фотографию листа.
Ирина увеличила изображение.
Невестка действительно нарисовала план квартиры. Два длинных стола в комнате, ещё несколько мест возле окна. Рядом с каждым стулом было подписано имя.
Ирина нашла маму, Славу, Лену, племянника Егора, дальних родственников, соседей.
Себя не нашла.
Она проверила второй стол.
Потом третий.
— А я где сижу?
Брат не ответил. Вместо него через несколько минут позвонила Лена.
— Ир, ты про рассадку?
— Да.
— Я тебя специально не вписывала. Ты же всё равно будешь в основном на кухне. Какой смысл держать свободный стул? Когда освободишься, сядешь где-нибудь.
Ирина несколько секунд молчала.
— А почему я буду на кухне?
Теперь замолчала Лена.
— Ну а кто? Ты же сама говорила, что сделаешь салаты, горячее, пироги.
— Я говорила, что помогу с маминым юбилеем.
— Так это и есть помощь.
— Лена, я работаю в школьной столовой пять дней в неделю. Мне теперь ещё два дня дома кормить сорок два человека?
Невестка явно не понимала, почему возникла проблема.
— Но тебе же это проще, чем нам. Ты профессионально готовишь.
Именно эту фразу Ирина слышала много лет.
Когда у Славы был день рождения — «Ирка, ты же умеешь, сделай мясо».
Когда крестили Егора — «Тебе салатов нарезать недолго».
На поминки тёти Веры Ирина приехала в шесть утра и до обеда не вышла из кухни.
Даже собственный пятидесятилетний юбилей она отмечала с родственниками, постоянно вставая из-за стола, потому что только она знала, где что лежит и когда ставить горячее.
Раньше Ирина соглашалась почти автоматически.
В этот раз впервые увидела результат этой привычки на обычном листе бумаги.
Для неё даже стул не предусмотрели.
— Лена, что конкретно вы от меня ждёте?
— Ну… Слава говорил, ты составишь меню.
— Дальше.
— Купишь продукты. Мы деньги потом поделим.
Ирина уже знала, что означает «потом поделим». Она покупает всё сама, приносит чеки, а через месяц половина родственников забывает, кто сколько должен.
— И приготовлю?
— Ну да. Мы поможем нарезать.
— Сорок два человека.
— Ир, ты сейчас так говоришь, будто мы тебя заставляем.
— Нет. Я просто впервые отвечаю: я этого делать не буду.
Лена решила, что ослышалась.
— Совсем?
— Я испеку мамин рыбный пирог. Она его любит. Всё остальное организуйте без меня.
Через пятнадцать минут позвонил Слава.
— Ты чего Лену расстроила?
— Я её не расстраивала. Я сказала, что не готовлю банкет на сорок два человека.
— Но мы уже всех пригласили!
— Вы пригласили.
— Это мамин юбилей вообще-то.
— Именно поэтому я испеку её любимый пирог, куплю подарок и приду поздравлять.
— И всё?
— Слава, есть три варианта. Заказываем часть еды и делим расходы. Сокращаем гостей. Или собираемся небольшой семьёй в кафе. Я помогу выбрать любой вариант.
— А самой приготовить нельзя?
— Можно. Тебе.
— Очень смешно.
— Я не шучу.
Брат начал перечислять расходы: подарок, украшения, напитки. Ирина слушала, пока он не сказал:
— В семье вообще-то люди помогают друг другу.
— Помогают. Но почему твоя помощь — позвать сорок два человека, а моя — два дня стоять у плиты и ещё купить продукты?
— Потому что ты умеешь готовить.
— А ты умеешь водить машину. Давай ты после юбилея бесплатно развезёшь всех сорок два человека по домам.
Слава помолчал.
— Это другое.
— Для тебя — да.
На следующий день позвонила мама.
Ирина сразу поняла, что брат уже пожаловался.
— Ириш, вы там из-за моего дня рождения поругались?
— Нет, мам.
— Слава говорит, ты вообще ничего готовить не хочешь.
— Рыбный пирог сделаю.
— А салаты?
— Нет.
Анна Михайловна вздохнула.
— Может, хоть два? У тебя оливье всегда хороший.
— Мам, дело не в оливье. Сорок два гостя — это не два салата. Это закупки, кастрюли, мясо, нарезка, посуда, подача. Я опять весь твой юбилей проведу на кухне.
Мать замолчала.
— А я думала, тебе нравится.
Ирина даже растерялась.
— Готовить мне нравится. Работать на семейных праздниках вместо того, чтобы сидеть с вами, — не очень.
— Ты никогда не говорила.
— Вот сейчас говорю.
Вечером Слава всё-таки решил узнать стоимость готовой еды.
Через час прислал сестре сообщение:
«Они что, с ума сошли?»
Ирина улыбнулась.
— Кто?
— Кейтеринг. Я им количество сказал. Ты знаешь, сколько насчитали?
— Примерно представляю.
— За еду!
— За еду, закупку продуктов, приготовление, часть доставки и работу людей.
— Но там обычные салаты!
— Вот видишь. Когда их делаю я, они почему-то бесплатные.
Слава не ответил.
Через два дня в семейном чате появилось новое сообщение.
Количество гостей сократили до двадцати шести. Нескольким дальним знакомым объяснили, что праздник решили провести в более узком кругу. Горячее и две закуски заказали в кафе неподалёку. Остальное распределили.
Лена брала на себя овощи и нарезку. Слава — напитки, доставку и сервировку. Тётя Тамара обещала холодец. Двоюродная сестра Света — два салата.
Егору, которому было двадцать два, достался сладкий пирог.
Он немедленно написал Ирине:
«Тёть Ир, а можно я лучше деньги сдам?»
«Можно. Но бабушка просила домашний».
Через минуту:
«А ты научишь?»
В субботу Егор приехал к ней с пакетом продуктов.
— Я думал, пирог — это когда всё смешал и поставил в духовку.
— Иногда почти так и есть.
— А почему у нас дома тогда никто не печёт?
— Хороший вопрос.
Тесто с первого раза у него получилось слишком липким. Потом он забыл добавить часть сахара в начинку. Ирина не переделывала за него, только подсказывала.
Пока пирог стоял в духовке, Егор спросил:
— А ты раньше реально одна всё делала?
— Не совсем одна. Кто-нибудь всегда помогал резать овощи или тарелки носить.
— Нет, я про готовку.
Ирина задумалась.
— Почти.
— На папин сорок пятый тоже?
— Да.
— Там человек тридцать было.
— Тридцать четыре.
Егор присвистнул.
— И тебе никто не платил?
— Егор, я не хочу, чтобы родственники платили мне за каждый салат. Вопрос не в этом.
— А в чём?
— В том, что помощь перестаёт быть помощью, когда её заранее считают твоей обязанностью.
Племянник посмотрел на духовку.
— Я уже этот один пирог второй час делаю.
— Именно.
В день юбилея Ирина проснулась в восемь.
По привычке первым делом подумала, что нужно срочно вставать.
Потом вспомнила: ей не надо ехать к Славе к семи утра.
Рыбный пирог она приготовила накануне.
До праздника оставалось несколько часов.
Ирина спокойно позавтракала, сходила в душ, уложила волосы и надела новое тёмно-синее платье.
Возле зеркала даже стало непривычно.
Обычно на семейные торжества она приезжала в старой футболке, переодеваясь уже перед приходом гостей. Иногда переодеться не успевала.
К Славе Ирина пришла за двадцать минут до назначенного времени.
Открыла Лена в фартуке.
— Слава внизу доставку встречает. Я уже ничего не понимаю, где что ставить.
— Разберётесь.
Ирина протянула ей контейнер.
— Рыбный пирог.
— Поставь сама на кухне, пожалуйста.
— Хорошо.
На кухне было непривычно людно. Света раскладывала салат, тётя Тамара спорила с Егором, куда поставить холодец. На плите ничего не кипело.
Ирина поставила пирог и вышла.
В комнате возле мамы стоял свободный стул.
На спинке лежала маленькая карточка с её именем.
Анна Михайловна заметила дочь и сразу позвала:
— Ира, сюда садись. Я тебе место оставила.
— Вижу.
— Красивое платье.
— Спасибо.
— Я тебя на праздниках в платье уже сто лет не видела.
Ирина села рядом.
Слава появился минут через десять, вспотевший и раздражённый.
— Горячее привезли, но они один контейнер не подписали. Где Лена?
— На кухне, — ответила Ирина.
Брат посмотрел на неё.
На секунду у Ирины возникло знакомое желание встать и пойти разбираться.
Она осталась на месте.
— Разберёмся, — сказал Слава уже себе и снова ушёл.
Праздник начался.
Ирина разговаривала с мамой, слушала поздравления, ела закуски. Когда подали горячее, тарелка появилась и перед ней.
Она поймала себя на том, что ждёт, когда кто-нибудь позовёт её на кухню.
Никто не позвал.
Правда, Слава почти не сидел.
То приносил дополнительные вилки, то искал пакеты для мусора, то выяснял, куда убрать пустые контейнеры. Один раз он сел рядом с сестрой, но через две минуты Лена позвала его помочь с чайником.
— Вот так весь вечер? — тихо спросил он.
Ирина улыбнулась.
— Обычно ещё готовить надо одновременно.
— Я уже понял.
— Быстро.
— Очень смешно.
Егор торжественно вынес свой пирог.
Он получился немного кривым, зато вкусным.
— Сам делал, — сообщил он бабушке.
— Совсем сам?
— Тётя Ира только контролировала.
Анна Михайловна попробовала кусочек.
— Тогда теперь на все праздники будешь печь.
Егор сразу поднял руки.
— Нет-нет. Мы сегодня как раз выяснили, чем такие обещания заканчиваются.
За столом засмеялись.
После торта гости начали расходиться.
Раньше именно в этот момент для Ирины начиналась самая неприятная часть: собрать тарелки, рассортировать остатки, перемыть посуду, вытереть столы.
Она уже собиралась нести свою тарелку на кухню, когда Слава сказал:
— Так, никто не уходит. Хотя бы свои места убираем.
Через несколько минут на кухне одновременно работали шесть человек.
Егор складывал еду в контейнеры. Лена загружала посудомоечную машину. Слава собирал бутылки. Света вытирала стол.
Ирина тоже помогала, но теперь это была именно общая уборка, а не её следующая смена.
Когда почти всё закончили, Анна Михайловна подозвала дочь.
— Ириш.
— Что, мам?
— Хорошо сегодня было.
— Мне тоже понравилось.
Мать взяла её за руку.
— Я только сейчас подумала: ты же раньше на моих днях рождения почти никогда рядом не сидела.
— Были дела.
— Я привыкла, наверное.
— Все привыкли. Я тоже.
— А сегодня хорошо. Хоть поговорили нормально.
Через два дня Егор прислал фотографии.
Ирина листала их вечером после работы.
Мама с цветами. Слава с бокалом. Егор возле своего пирога. Общая фотография.
На одной Ирина сидела рядом с матерью. Перед ней стояла тарелка с горячим, в руке была вилка. Она смеялась над чем-то, что говорил сидевший напротив дядя Коля.
Обычная фотография с семейного праздника.
Но Ирина не смогла вспомнить, когда в последний раз видела себя на такой.
На старых снимках она чаще попадала в кадр случайно: несла блюдо, выглядывала из кухни, ставила на стол чайник.
Слава вечером написал:
«Теперь понимаю, почему ты после наших праздников два дня никого видеть не хотела».
Ирина ответила:
«А я всего один пирог испекла».
Брат прислал смеющийся смайлик, а следом добавил:
«На следующий праздник опять делим всё заранее».
Ирина сохранила фотографию с мамой в отдельную папку.
В следующий раз она была готова помочь.
Но своё место за столом отдавать кухне больше не собиралась.