— Надюш, мама с папой в пятницу приезжают. Я им сказал, чтобы вообще ни о чём не думали. Пусть две недели просто отдыхают.
Платон сообщил об этом за завтраком, когда Надя уже стояла в куртке и допивала кофе возле двери. На часах было без десяти четыре утра.
— Хорошо, — сонно ответила она. — Только я в эти дни работаю.
— Знаю. Я отгулы взял, буду их по городу возить. Мама давно хотела в новый музей, папа — на выставку машин.
Надя кивнула и ушла.
Она работала в пекарне пятый год. Смена начиналась в пять утра, поэтому будильник звонил в половине четвёртого. К часу дня Надя обычно возвращалась домой, обедала и хотя бы час спала. Без этого к вечеру она чувствовала себя так, словно сутки не ложилась.
Родителей Платона она любила. Они жили в другом городе и приезжали редко, поэтому первые дни Надя действительно старалась устроить им хороший приём.
В пятницу после смены заехала за продуктами, приготовила мясо, салат и пирог. В субботу встала ещё раньше, чтобы перед работой поставить тушиться овощи. В воскресенье после пекарни приготовила суп.
Проблема обнаружилась примерно на четвёртый день.
Надя пришла домой в половине второго. Квартира была пустой: Платон повёз родителей гулять по центру.
Она быстро поела, закрыла шторы и легла.
Через двадцать минут зазвонил телефон.
— Надюш, привет, — бодро сказала свекровь. — Мы тут думаем вечером домашнего чего-нибудь поесть. Может, котлеток сделаешь? А то кафе уже надоели.
— Сделаю вечером.
— И пюре, если не трудно. Платоша говорит, у тебя очень вкусное.
Надя положила телефон, снова закрыла глаза, но заснуть не смогла.
Вечером она два часа провела у плиты.
На следующий день свекровь оставила на холодильнике листок.
«Щи, сырники, рыбка в духовке, оладьи».
Надя сначала решила, что это список продуктов.
— Галина Павловна, это купить надо?
— Нет, я просто записала, что можно приготовить, чтобы потом не придумывать. Вы же спрашивали, что мы любим.
Надя не помнила, чтобы спрашивала.
Платон увидел список и обрадовался:
— О, сырники! Давно ты не делала.
— Ты умеешь их делать.
— Я?
— Рецепт показать?
Он засмеялся, словно жена пошутила.
Платон действительно взял отгулы, но почему-то не считал это временем, когда может заниматься хозяйством. Утром они с родителями завтракали тем, что приготовила Надя. Потом уходили гулять. Возвращались вечером и садились за стол.
— Что у нас сегодня? — спрашивал свёкор, снимая куртку.
Надя всё чаще хотела ответить: «У меня — сон».
Вместо этого открывала холодильник.
Она убеждала себя, что осталось всего несколько дней. Родители мужа приезжают нечасто. Можно потерпеть.
Но к концу первой недели стало ясно: она фактически получила вторую работу.
Только в пекарне смена заканчивалась в час дня, а дома начиналась следующая.
В четверг Надя вернулась особенно уставшей. Один пекарь заболел, и ей пришлось почти всю смену стоять у печей. Хотелось только снять форму, принять душ и лечь.
На кухонном столе лежала записка от Платона:
«Будем около семи. Мама хочет картошку с грибами. Грибы в холодильнике».
Надя посмотрела на записку, потом на часы.
До семи оставалось четыре часа.
Можно было прекрасно выспаться.
Но привычка оказалась сильнее. Она почистила грибы, поставила сковороду и начала чистить картошку.
Очнулась от того, что голова резко дёрнулась вниз.
Надя несколько секунд не понимала, где находится.
В руке была картофелина, на столе лежала овощечистка. Она сидела на стуле, положив локоть рядом с миской.
Она просто заснула.
Сковорода, к счастью, ещё не была включена.
Надя посмотрела на половину очищенной картошки, встала и убрала всё в холодильник.
Потом легла спать.
Когда Платон с родителями вернулся, ужина не было.
Муж заглянул в спальню.
— Надь, ты спишь?
— Уже нет.
— А картошка?
— В холодильнике.
— Ты не приготовила?
— Нет.
Он понизил голос:
— Мама с папой голодные.
— На кухне есть хлеб, сыр, яйца, колбаса. Ещё вчерашний суп.
— Мы рассчитывали на нормальный ужин.
Надя села на кровати.
— Платон, я сегодня заснула за чисткой картошки.
Он нахмурился.
— В смысле?
— В прямом. Сидела на кухне и отключилась.
— Так ты бы легла на час, потом приготовила.
— Я и легла. Только вставать сейчас не собираюсь.
Платон посмотрел на часы.
— Надь, ну родители же приехали.
— Я знаю. Но с завтрашнего дня порядок меняется. После работы я сплю. Минимум полтора часа. Никто мне в это время не звонит с меню и не будит. Готовлю максимум одно блюдо, если есть силы. Завтраки каждый делает себе сам.
— Мама в гостях.
— Твоя мама умеет сделать бутерброд?
— Конечно.
— Папа умеет налить себе чай?
— Не передёргивай.
— Тогда проблемы нет.
Платон тяжело вздохнул.
— Ты сейчас всё выставляешь так, будто тебя заставляют круглосуточно работать.
— А разве нет?
— Я же не прошу каких-то банкетов.
— Сегодня картошка с грибами. Вчера были голубцы. Позавчера сырники утром и курица вечером. А в три тридцать я встаю на работу.
Платон явно считал, что жена преувеличивает, но спорить не стал.
— Ладно. Я что-нибудь сделаю.
Через десять минут из кухни донёсся его голос:
— Мам, может, яичницу?
Галина Павловна ответила:
— На ночь яйца тяжеловато. Сделай тогда салатик какой-нибудь. И картошку можно всё-таки доварить.
Через минуту вмешался отец:
— А на завтра что? Мы утром рано выезжаем.
— Бутерброды сделаем.
— Я бутерброды утром не люблю. Кашу бы.
Платон пришёл в спальню минут через пятнадцать.
— У нас овсянка есть?
Надя, не открывая глаз, ответила:
— Посмотри в шкафу.
— В каком?
— В кухонном.
— Там их шесть.
— Значит, придётся пройти сложный квест.
На следующее утро Надя ушла на работу, не приготовив завтрак.
Никто не умер.
Платон сварил кашу. Получилась слишком жидкая, но родители съели.
В обед они заказали еду в кафе.
А вечером муж впервые сам приготовил макароны с мясом.
На два дня в квартире установилось относительное спокойствие.
Потом Платон вернулся из магазина с большой рыбой.
— Смотри, какую взял. Мама такую любит.
Надя только пришла со смены и переодевалась.
— Отлично.
— Сделаешь в духовке?
— Нет.
— Почему?
— Я спать.
— Надь, я рыбу специально купил.
— Вот и приготовь.
— Я не умею.
— В интернете есть рецепты.
— Ты серьёзно сейчас пойдёшь спать?
— Абсолютно.
Она закрыла дверь спальни.
Проснулась через два часа от запаха запечённой рыбы.
На кухне Платон изучал противень.
— Получилось суховато, — сообщил он.
Галина Павловна попробовала кусочек.
— Нормально получилось.
— Мама, ты всегда говоришь «нормально», когда невкусно.
— А что делать? Учись.
Надя села за стол.
— Мне нравится.
— Потому что не ты готовила, — буркнул Платон.
— Именно поэтому особенно.
Через несколько дней возникла новая ситуация.
Галина Павловна предложила в воскресенье налепить пельменей всей семьёй.
— Сделаем много, вам потом в морозилке останется.
Идея была хорошая.
Только на воскресенье Надя уже договорилась встретиться с подругой Леной, которую не видела почти три месяца.
— Давайте, — сказала Надя. — Я вечером попробую присоединиться.
Платон удивился:
— А ты куда?
— С Леной встречаюсь.
— Мы же пельмени собрались делать.
— Вы собрались сегодня. А с Леной я договорилась неделю назад.
— Можно перенести.
— Можно. Но я не буду.
— Мама специально хотела всей семьёй.
Надя посмотрела на свекровь.
— Галина Павловна, вы обидитесь?
Та немного замялась.
— Ну, хотелось вместе, конечно.
— Я приду после шести. Если ещё будете лепить — помогу.
Платон проводил жену недовольным взглядом.
Надя почти до самого кафе чувствовала вину.
Несколько раз хотела написать Лене и отменить встречу.
Но потом вспомнила картошку, над которой заснула, и убрала телефон.
Домой она вернулась около семи.
На кухне стояли три больших подноса с пельменями.
Платон раскатывал тесто. Свёкор вырезал кружочки стаканом. Галина Павловна раскладывала начинку.
— О, гулящая вернулась, — сказал Платон.
По голосу было понятно, что уже не злится.
— Как успехи?
— Сто восемьдесят четыре штуки, — гордо сообщил свёкор.
— Вы их считаете?
— Конечно.
Надя сняла кофту.
— Дайте мне доску.
Галина Павловна сразу сказала:
— Если устала, не надо.
Надя прислушалась к себе.
Усталость была, но обычная. После кафе, разговора с подругой и прогулки ей даже хотелось посидеть со всеми.
— Нет, сейчас хочу.
Она села рядом.
Платон молча подвинул ей муку.
Они лепили ещё около часа, спорили, у кого пельмени самые аккуратные, а потом сварили первую партию.
Надя вдруг заметила простую вещь: без неё никто не остался голодным. Пельмени появились. Рыба запеклась. Каша сварилась.
Просто раньше всем было удобнее, когда она делала это сама.
Вечером Платон пришёл к ней на кухню, когда родители уже легли.
— Я, кажется, действительно сглупил.
— В чём именно?
— Когда сказал маме, что она здесь вообще ничего делать не будет.
— Хорошее желание.
— Да. Только я почему-то решил, что обеспечить ей этот отдых должна ты.
Надя кивнула.
— Вот это меня и злило.
— Я даже не подумал. В голове было: родители приезжают, мы их принимаем. А поскольку ты обычно готовишь…
— Значит, принимаю их я.
— Получается.
На следующий день Платон поговорил с родителями.
Надя не присутствовала при начале разговора, но позже услышала, как муж говорил:
— Мам, если хочется чего-то конкретного, давайте либо вместе готовить, либо заказывать. Надя после смены должна спать.
Галина Павловна сначала обиделась.
— Да я разве требую?
Свёкор напомнил про список на холодильнике.
— Я просто написала идеи.
— Там было двенадцать блюд, — заметил Платон.
К вечеру свекровь сама подошла к Наде.
— Ты на меня не сердись.
— Я не сержусь.
— Знаешь, почему я так расслабилась? Я всю жизнь ждала, когда приеду куда-нибудь и мне скажут: «Галя, сиди, ничего не делай». Сначала родители, потом муж, потом дети. Постоянно плита, банки, кастрюли. А Платоша сказал: «Мам, приедешь и будешь отдыхать». Я и обрадовалась.
— Отдыхать нормально.
— Только получилось, что вместо меня у плиты встала ты.
— Вот это уже не очень нормально.
Галина Павловна улыбнулась.
— Согласна.
Оставшаяся неделя прошла совсем иначе.
Утром каждый завтракал тем, чем хотел. Платон дважды готовил ужин. Один раз они заказали пиццу, и свёкор неожиданно признался, что давно хотел попробовать ту самую с ананасами, над которой все смеются.
Галина Павловна приготовила свой суп, но уже по собственному желанию.
Надя после работы спала.
Никто её не будил.
В день отъезда родителей они вместе позавтракали. Галина Павловна убрала со стола, Платон помыл посуду, а отец вынес мусор.
Перед поездом свекровь обняла Надю.
— В следующий раз я меню не привезу.
— Приезжайте без него.
— Но пельмени можем повторить.
— Если все лепят.
— Договорились.
После вокзала Платон с Надей вернулись домой около семи вечера.
Квартира показалась непривычно тихой.
Платон открыл холодильник.
— Тут почти ничего нет.
— Я вижу.
Он задумался.
— Может, закажем ужин?
— Давай.
— И вообще сегодня ничего не делай. У тебя выходной.
Надя посмотрела на него.
— У нас выходной.
Платон улыбнулся.
— Точно. У нас.
Они заказали еду, оставили посуду до утра и включили фильм.
Впервые за две недели отдыхать дома не означало, что кто-то другой в это время должен работать.