— Тогда в одиннадцать встречаемся возле студии, два часа лепим наши кривые чашки, потом идём в кафе. И никаких рабочих звонков хотя бы до трёх.
Елена произнесла это таким тоном, будто зачитывала утверждённый план мероприятия.
Виктор усмехнулся.
— А если у меня получится красивая чашка?
— Не получится. Я видела, как ты полку в ванной вешал.
— Полка висит семь лет.
— Криво.
Четырнадцатилетний Артём сидел между родителями и переписывался с кем-то в телефоне.
— Я вообще-то вазу буду делать.
— Отлично, — сказала Елена. — Потом поставишь дома.
— У кого?
Вопрос прозвучал совершенно буднично.
Елена и Виктор переглянулись.
После развода прошло почти два года. Артём жил с матерью, но у отца проводил выходные и иногда оставался среди недели. Бывшие супруги научились не выяснять отношения при сыне, спокойно обсуждать школу, врачей и деньги. Иногда даже вместе ходили куда-нибудь втроём.
Субботу придумала Елена.
Ей хотелось поговорить о лете. Артём просился в спортивный лагерь, Виктор собирался взять сына на две недели к морю, а у самой Елены был запланирован отпуск. Переписываться об этом в общем чате ей надоело.
Гончарный мастер-класс казался хорошим поводом встретиться без ощущения семейного совещания.
— Поставишь там, где захочешь, — ответил Виктор сыну.
В среду вечером Елене позвонили из студии.
— К сожалению, субботнюю группу отменяем. У мастера семейные обстоятельства. Можем перенести вашу запись на воскресенье в то же время.
— В воскресенье?
— Да. Все три места сохраняются.
Елена сразу вспомнила, что в воскресенье Виктор собирался ехать в соседний город. Он почти месяц готовил встречу с потенциальным партнёром и несколько раз говорил, что переносить её нельзя.
— Я перезвоню, — сказала она.
Положив телефон, Елена открыла календарь.
Можно было написать Виктору прямо сейчас: «Мастер-класс перенесли на воскресенье, что будем делать?»
Она даже набрала сообщение.
Потом стёрла.
Виктор наверняка предложит отменить свою поездку. Или начнёт перестраивать встречу. А потом, если сделка сорвётся, будет ходить недовольный.
Елена знала его.
По крайней мере, была уверена, что знает.
Она решила поступить проще: воскресную запись отменить, а на субботу придумать что-нибудь другое. Виктору сообщит позже, когда уже будет готов новый вариант.
Так никто не станет метаться.
В четверг Виктор написал:
«Всё в силе на субботу?»
Елена посмотрела на сообщение.
«Да».
Ответила и почувствовала небольшую неловкость.
Но ведь семейная встреча действительно оставалась в силе. Изменилась только одна часть.
В пятницу она искала замену. В одном месте были билеты на выставку, но Артём терпеть не мог экскурсии. Боулинг показался слишком шумным. В кино шёл фильм, который сын уже видел.
Елена решила, что утром всё объяснит и они выберут на месте.
Однако утром Виктор позвонил сам.
— Мы с Артёмом выезжаем через двадцать минут. К одиннадцати будем.
— Хорошо.
— Студия точно работает?
Елена на секунду замерла.
Можно было сказать сейчас.
— Да, всё нормально. В кафе потом столик на час.
— Принял.
Когда звонок закончился, Елена разозлилась уже на себя.
Зачем она опять соврала?
Не совсем соврала, попыталась поправить она себя. Просто не сообщила об изменении.
Но студия в субботу не работала, а она только что сказала обратное.
Елена приехала в центр заранее. Возле студии Виктора с Артёмом не было.
Она позвонила сыну.
— Вы где?
— В кафе.
— В каком смысле?
— В том, куда собирались потом. Папа сказал сразу сюда идти.
Елена почувствовала неприятный холодок.
Через пять минут она вошла в кафе.
За столом сидели трое.
Виктор, Артём и незнакомый мужчина лет сорока пяти.
— Мам, привет.
Виктор встал.
— Знакомься, Сергей. Мы с ним как раз завтра должны были ехать на встречу.
Мужчина пожал Елене руку.
— Очень приятно. Виктор много рассказывал.
— Взаимно.
Она сняла пальто и села.
— А почему мы здесь?
Артём удивлённо посмотрел на неё.
— Потому что гончарку отменили.
Елена перевела взгляд на Виктора.
— Откуда ты знаешь?
— Артёму вчера позвонили из студии.
— Мне сказали, что можно в воскресенье, — добавил сын. — Я папе вечером рассказал.
Виктор спокойно отпил кофе.
— Я подумал, что ты тоже знаешь.
— Я знала.
— Тогда вообще отлично.
— Что отлично?
— Мы придумали замену. В двенадцать сорок кино. Артём выбрал фильм.
Елена посмотрела на Сергея.
— А Сергей?
— Мы утром созвонились. Оказалось, он сегодня в городе. Решили часть вопросов обсудить сейчас, чтобы завтра быстрее закончить. Он с нами в кино не идёт.
Сергей сразу вмешался:
— Я буквально на полчаса. Не хочу мешать вашим семейным планам.
— Да вы не мешаете, — автоматически ответила Елена.
Но именно это её и раздражало.
Она представляла субботу совсем иначе. Они втроём что-то лепят, смеются над результатом, потом идут обедать и спокойно обсуждают лето Артёма.
Вместо этого Виктор уже изменил программу, купил билеты, пригласил делового партнёра и ничего с ней не обсудил.
— А после кино? — спросила она.
— Можно поесть, — сказал Артём.
— Мы уже едим.
— Ну тогда погуляем.
Виктор заметил её выражение лица.
— Лен, что не так?
— Ничего.
— Я тебя знаю.
Она чуть не ответила: «А я тебя, видимо, нет».
Но рядом сидели сын и совершенно посторонний Сергей.
Елена заказала кофе и салат.
Первые двадцать минут разговор крутился вокруг школы Артёма. Потом Виктор и Сергей начали обсуждать работу. Они старались говорить коротко, но «пара вопросов» быстро превратилась в цены, сроки, документы и какие-то таблицы.
Артём надел один наушник.
Елена смотрела на них и злилась всё сильнее.
Наконец Сергей взглянул на часы.
— Всё, я побежал. Спасибо, что позволили вклиниться.
Когда он ушёл, Елена спросила:
— Ты не мог встретиться с ним отдельно?
— Мог. Но он сам предложил заехать. Мы двадцать минут поговорили.
— Сорок пять.
— Хорошо, сорок пять.
— У нас была семейная суббота.
Виктор нахмурился.
— Она и есть. Сейчас идём в кино.
— Которое вы выбрали без меня.
Артём снял наушник.
— Мам, я тебе вчера писал про фильм.
Елена достала телефон.
Сообщение от сына действительно было. Оно затерялось среди рабочих уведомлений.
«Мам, новый “Горизонт” норм?»
Она ответила ему вчера одним словом: «Норм».
— Я не поняла, что ты про субботу.
— А про что ещё?
Виктор посмотрел на Елену.
— Подожди. Ты ведь знала об отмене ещё раньше?
— В среду.
— И мне в четверг написала, что всё в силе?
— Потому что встречу я не отменяла.
— А сегодня утром сказала, что студия работает.
Теперь даже Артём посмотрел на мать внимательнее.
— Мам, зачем?
Елена почувствовала себя нелепо.
— Я хотела сначала придумать другой вариант.
— Почему нельзя было просто сказать? — спросил Виктор.
— Потому что воскресенье у тебя занято.
— И?
— Ты бы начал переносить свою поездку.
— С чего ты взяла?
— Потому что я тебя знаю.
Виктор откинулся на спинку стула.
— Нет, Лен. Ты решила за меня, что я сделаю.
— Я хотела сохранить тебе важную встречу.
— Спасибо. Но можно было сообщить мне информацию, а свою встречу я бы сохранил сам.
Артём снова надел наушник, явно поняв, что начинается разговор родителей, в котором лучше временно отсутствовать.
Елена замолчала.
Её раздражение никуда не исчезло. Ей по-прежнему не нравилось, что Виктор без неё купил билеты и привёл Сергея.
— Хорошо. Тогда почему ты сам не позвонил, когда узнал от Артёма?
— Потому что решил, что ты знаешь. Студия ведь должна была сообщить человеку, который делал бронь. То есть тебе.
— И ты просто придумал новую программу.
— Артём предложил кино.
— А спросить меня?
Виктор кивнул.
— Тут согласен. Надо было.
Этот простой ответ неожиданно сбил её с настроя.
Она ожидала оправданий.
— И Сергея сюда тащить было необязательно.
— Тоже согласен. Мне показалось удобным совместить.
Елена невольно усмехнулась.
— Вот именно. Удобным.
Официант принёс счёт.
Виктор привычно потянулся за ним.
— Давай я.
— Нет.
Елена посмотрела сумму, перевела деньги за свой кофе и салат.
— Я в кино не пойду.
Артём сразу снял наушник.
— Почему?
— Потому что не хочу.
— Ты обиделась?
— Немного. Но не на тебя.
Виктор нахмурился.
— Лен, ну что за демонстрация?
— Никакой демонстрации. Вы хотите в кино — идите. Я сейчас пойду домой.
— А лето?
— Обсудим завтра.
— У меня поездка.
— Вечером. Созвонимся втроём. Без кино, партнёров и сюрпризов.
Артём посмотрел на отца.
— Мне нормально.
Елена встала.
Раньше она бы пошла вместе со всеми.
Сидела бы в кино раздражённая, потом пыталась бы за ужином вернуть разговор к лагерю и отпуску, а вечером рассказывала подруге, что Виктор опять всё сделал по-своему.
Но сейчас ей впервые пришло в голову, что она сама сделала ровно то же самое.
Только раньше.
— Хорошего фильма, — сказала она сыну.
— Потом напишу, нормальный или нет.
— Договорились.
На улице было прохладно. Елена решила пройти несколько остановок пешком.
Сначала она продолжала мысленно спорить с Виктором.
Он мог позвонить.
Мог спросить.
Мог не приводить Сергея.
Всё это было правдой.
Но рядом существовала другая правда, менее приятная.
В среду она получила важную информацию и сознательно её скрыла.
Не из злости. Не ради выгоды. Даже не для того, чтобы испортить кому-то планы.
Наоборот, ей казалось, что она заботится.
Виктору важна поездка — значит, не будем ставить его перед выбором.
Артёму хочется провести день с родителями — значит, она найдёт замену.
Воскресенье неудобно — значит, она сама решит, что делать.
Елена много лет работала руководителем отдела и привыкла заранее просчитывать проблемы. Если поставщик задерживал документы, она не ждала, пока рухнет срок, а сразу перестраивала график.
В работе это считалось достоинством.
Но Виктор не был строкой в графике.
Даже бывший Виктор.
Ему не требовалось незаметно организовывать правильное решение.
Она могла просто написать: «Студию перенесли на воскресенье. У тебя поездка. Что делаем?»
И всё.
Возможно, Виктор ответил бы: «Идём в кино».
Возможно, предложил бы другой день.
Возможно, действительно захотел бы перенести встречу, а она сказала бы, что не считает это необходимым.
Это был бы разговор.
Вместо разговора Елена выбрала управление.
Телефон завибрировал.
Виктор написал:
«Завтра освобожусь примерно в 19:30. В 20 созвон?»
Елена ответила:
«Да. И давай Артёма тоже подключим сразу».
Через минуту:
«Конечно».
Следом пришло сообщение от сына:
«Мы взяли тебе билет тоже. Если передумаешь, успеешь».
Елена улыбнулась.
«Не передумаю. Идите вдвоём».
Артём прислал недовольный смайлик.
Дома Елена первым делом увидела на холодильнике распечатанный план летних каникул. Она составила его несколько дней назад: лагерь, отпуск Виктора, её отпуск, две недели у бабушки.
Даже цвета использовала разные.
Она сняла лист и положила на стол.
На нём всё выглядело идеально.
Только Артём ещё не подтвердил лагерь, Виктор не согласовал даты моря, а бабушку вообще никто не спросил, удобно ли ей принимать внука именно в эти две недели.
Елена взяла ручку, собираясь исправить таблицу, но остановилась.
Завтра они всё обсудят.
И только потом она что-нибудь запишет.
Вечером Виктор прислал фотографию из кинотеатра. Артём держал огромный стакан попкорна и показывал большой палец.
Елена ответила:
«Надеюсь, фильм лучше нашей организации».
Через несколько секунд Виктор написал:
«Организацию обсудим завтра».
Она засмеялась и убрала телефон.
На воскресенье у неё теперь не было никакого готового плана.
И впервые за долгое время Елена решила оставить всё именно так.