— Ты вообще смотришь, куда несёшь?!
Оксана едва удержала поднос, когда женщина в светлом вечернем платье резко отодвинула стул и задела его локтем. Один бокал опрокинулся, шампанское пролилось на скатерть и попало на край дорогой сумочки.
— Простите, сейчас всё уберу, — сказала Оксана.
— Уберёшь? А сумку ты мне новую купишь?
Гости за столом обернулись.
Оксана поставила поднос на свободную поверхность и потянулась за салфетками.
— Я принесу сухое полотенце. Можно попробовать сразу промокнуть.
— Ничего не трогай своими руками!
Женщина схватила сумочку и поднялась.
Её звали Карина. Вечером она должна была объявить гостям дату свадьбы с Романом, сыном владельца крупной строительной компании.
Оксана знала это из разговоров сотрудников ресторана. Знала и то, что Карина особенно требовательна к обслуживанию.
— Я сама задела ваш стул? — осторожно спросила Оксана. — Давайте позовём администратора и разберёмся.
Карина усмехнулась.
— Ты ещё и спорить собралась?
Она шагнула ближе, схватила Оксану за рукав и резко потянула к себе.
Ткань треснула по боковому шву.
Оксана почувствовала, как платье расходится под рукой.
За столом кто-то неловко кашлянул.
— Вот теперь видишь, каково это, когда портят чужие вещи? — сказала Карина.
Роман, стоявший рядом с бокалом, усмехнулся.
— Карин, ну не трать на неё нервы. Управляющий разберётся.
Оксана прижала ладонь к разорванному шву.
Это было её единственное приличное платье.
Она купила его два года назад, когда устраивалась в ресторан на подработку. С тех пор несколько раз перешивала, чтобы оно соответствовало требованиям к форме.
— Я позову администратора, — повторила она.
— Сначала извинись нормально, — потребовала Карина. — Чтобы все услышали.
Оксана посмотрела на гостей.
— За пролитое шампанское я уже извинилась. Но платье вы порвали сами.
Оксане было двадцать шесть. Она училась в ординатуре и подрабатывала официанткой по вечерам и выходным.
Обучение было платным, родители помогали чем могли, но основную часть расходов она взяла на себя.
В больнице Оксана проводила почти весь день. После занятий ехала в ресторан, переодевалась в подсобке и работала до полуночи.
Иногда сил не оставалось даже на ужин.
Но она терпела: до окончания ординатуры оставалось меньше года.
Сейчас ей хотелось только одного — уйти в раздевалку, зашить платье и забыть этот вечер.
Однако Карина не собиралась заканчивать разговор.
— Рома, ты слышал? Она меня обвиняет!
Роман посмотрел на Оксану.
— Девушка, вы бы лучше извинились и не портили праздник.
— Я не отказываюсь отвечать за свою работу, — сказала Оксана. — Но меня толкнули, а потом порвали одежду.
— Слушай, — вмешалась Карина, — ты здесь обслуживающий персонал. Не надо делать вид, что мы с тобой на равных.
В этот момент у входа в зал раздался мужской голос:
— Что здесь происходит?
Гости обернулись.
В дверях стоял Геннадий Борисович, отец Романа.
Он приехал позже остальных. После недавней болезни врачи не советовали ему утомительные мероприятия, поэтому мужчина собирался ненадолго поздравить юбиляра и уехать.
Геннадий Борисович сделал несколько шагов и остановился.
— Оксана?
Она подняла голову.
— Здравствуйте, Геннадий Борисович.
Мужчина внимательно посмотрел на неё, затем на разорванное платье.
— Кто это сделал?
Весной Геннадий Борисович перенёс инсульт.
В больницу его доставили поздно вечером. Оксана тогда дежурила в отделении вместе со старшим врачом.
Она помогала проводить обследования, следила за назначениями, а позже участвовала в его восстановлении.
Первые дни Геннадий Борисович злился почти на всех.
Ему не нравилось, что трудно ходить, что приходится заново учиться выполнять привычные движения, что врачи запрещают работать.
Оксана не спорила с ним по пустякам, но и поблажек не делала.
— Геннадий Борисович, ещё пять шагов, — говорила она во время занятий.
— Я вам не школьник.
— Тогда тем более справитесь.
Он потом рассказывал родственникам, что молодая ординатор была строже заведующего отделением.
Теперь она стояла перед ним с порванным рукавом.
— Пап, тут ничего серьёзного, — сказал Роман. — Официантка пролила шампанское.
— Я спрашивал, кто порвал ей платье.
Карина выпрямилась.
— Я случайно зацепила. Она начала хамить.
Геннадий Борисович повернулся к ней.
— Карина, извинись.
— За что? Она испортила мою сумку!
— За то, как ты с ней разговаривала. И за платье.
В зале стало тихо.
Карина покраснела.
— Вы хотите, чтобы я перед всеми унижалась?
Оксана неожиданно вмешалась:
— Не нужно.
Геннадий Борисович посмотрел на неё.
— Оксана, я…
— Спасибо, что заступились. Но я не хочу, чтобы теперь её заставляли извиняться на глазах у гостей. Мне достаточно на сегодня.
Она повернулась к администратору, который наконец появился возле столика.
— Я заканчиваю смену. Дальше работать в таком виде не могу.
Администратор попытался возразить, но Оксана уже направилась к служебному выходу.
Через два дня ей сообщили, что на ближайшие банкеты её больше не поставят.
— Руководство недовольно, — объяснила администратор Светлана. — Клиентка пожаловалась.
— Она порвала мне платье.
— Я понимаю. Но у нас важные гости, Оксан.
Когда девушка приехала за расчётом, выяснилось, что часть оплаты за смену удержали.
— За что?
— Карина потребовала компенсировать химчистку сумки. Управляющий решил удержать из твоих денег.
— Есть чек? Или письменное требование?
Светлана замялась.
— Я такими вопросами не занимаюсь.
Оксана попросила расчёт в письменном виде и ушла.
Вечером ей позвонил Геннадий Борисович.
— Я узнал, что тебя больше не ставят на смены. Это правда?
— Да.
— Слушай, давай я оплачу твою учёбу. Сколько там осталось? И платье новое купим. Не должно быть так, чтобы человек из-за моей семьи работу терял.
Оксана сидела на кухне съёмной квартиры, разбирая учебные конспекты.
— Спасибо, но я не возьму деньги.
— Почему? Ты мне помогла, когда я лежал в больнице.
— Потому что это была моя работа.
— А сейчас я хочу помочь тебе.
— Геннадий Борисович, я не хочу быть вам обязанной. И не хочу становиться частью вашего конфликта с Романом.
Мужчина помолчал.
— Упрямая ты.
— Вы тоже, насколько я помню.
Он невольно рассмеялся.
Оксана оформила рассрочку по оплате учёбы через университет и нашла подработку в медицинском центре, где требовался администратор на вечерние часы.
Платили немного меньше, зато смены заканчивались раньше.
Карина пришла в больницу через десять дней.
Оксана увидела её возле поста медсестры.
На этот раз женщина была в обычном пальто, без украшений и вечернего макияжа.
— Можно с вами поговорить? — спросила она.
Оксана посмотрела на часы.
— У меня десять минут до обхода.
Они отошли к окну в конце коридора.
Карина долго подбирала слова.
— Я пришла извиниться за тот вечер.
— Я слушаю.
— Я повела себя отвратительно. Не должна была хватать вас за одежду и разговаривать в таком тоне.
Оксана кивнула.
— Хорошо, что вы это понимаете.
Карина нервно поправила ремешок сумки.
— Геннадий Борисович сказал, что не придёт на нашу свадьбу, пока я лично не извинюсь.
Оксана посмотрела на неё.
— То есть вы здесь из-за него?
— Если честно, да.
— Тогда спасибо за честность.
Карина нахмурилась.
— Вы меня не прощаете?
— Я услышала извинение. Но прощать вас не обязана.
Карина несколько секунд молчала.
Потом неожиданно сказала:
— Я сама когда-то работала хостес. В ресторане при гостинице. По двенадцать часов на ногах. И гости всякие попадались.
Оксана удивилась.
— Значит, вы прекрасно понимали, что делаете.
Карина опустила глаза.
— Да. Наверное, поэтому мне сейчас особенно стыдно.
Она достала телефон.
— Сколько стоило платье?
— Я не прошу у вас денег.
— А я не хочу оставлять его за вами. Скажите сумму.
Оксана назвала стоимость, за которую покупала платье.
Карина перевела деньги.
Затем спросила:
— А с работой что? Роман сказал, вас просто перевели на другие смены.
— Меня фактически убрали с банкетов. И удержали часть оплаты якобы за химчистку вашей сумки.
Карина резко подняла голову.
— Какую химчистку?
— За которую вы потребовали компенсацию.
— Я ничего такого не требовала. Сумку дома протёрла влажной салфеткой. Там даже пятна не осталось.
Оксана достала телефон и показала переписку с администратором.
Карина прочитала сообщения.
— Понятно. Я с ними поговорю.
— Только без скандала, пожалуйста.
— Постараюсь.
На следующий день ресторан перечислил Оксане удержанную оплату.
В сообщении бухгалтерия сухо указала, что произошла ошибка при расчёте.
Никаких объяснений больше не последовало.
Оксана не стала возвращаться в ресторан. В медицинском центре ей уже предложили постоянный график, который лучше сочетался с учёбой.
Карина больше не звонила.
Только однажды прислала короткое сообщение: «Деньги вернули?»
Оксана ответила: «Да, спасибо».
На этом их общение закончилось.
Через месяц Геннадий Борисович приехал на контрольное обследование.
Оксана встретила его в коридоре отделения.
— Давление измеряли сегодня?
— Конечно.
— Сколько?
— Нормальное.
— Цифры, Геннадий Борисович.
Он вздохнул и достал из кармана блокнот.
Оксана просмотрела записи.
— Вчера вечером повышенное. Что делали?
— Немного понервничал.
— Из-за работы?
— Из-за сына.
Он сел на скамейку.
— Карина всё-таки извинилась?
— Да.
— Хорошо.
Оксана закрыла блокнот.
— Вы ведь хотели оплатить мне учёбу не только из благодарности?
Геннадий Борисович посмотрел на неё.
— Догадалась?
— Было нетрудно.
— Я хотел, чтобы Роман увидел, как надо относиться к людям. И чтобы Карине стало стыдно. Думал, помогу тебе, а заодно их обоих проучу.
— Получается, меня опять хотели использовать в семейном споре.
Он поморщился.
— Звучит неприятно, когда так говоришь.
— Зато понятно.
Геннадий Борисович кивнул.
— Ты права. Прости.
Оксана вернула ему блокнот.
— Извинение принимается. А теперь расскажите, почему у вас пропущены три вечерних измерения давления.
Мужчина усмехнулся.
— Не даёшь расслабиться.
— И не собираюсь.
Карина и Роман всё-таки поженились.
Оксана узнала об этом случайно: фотография молодожёнов появилась в местных новостях, где рассказывали о благотворительном вечере строительной компании.
Она посмотрела на снимок несколько секунд и закрыла страницу.
Её собственная жизнь за это время почти не изменилась.
По утрам больница, вечером занятия или смена в медицинском центре. По выходным — учебники, стирка, редкие встречи с друзьями.
Зато теперь она могла спокойно оплачивать обучение и не переживать, что очередной банкет закончится скандалом.
Геннадий Борисович продолжал приходить на обследования.
Однажды он осторожно спросил:
— А если на юбилее бокал шампанского выпью? Совсем немного.
Оксана даже не подняла головы от карты.
— Нет.
— Но юбилей у меня раз в пять лет.
— А давление повышается гораздо чаще.
Он вздохнул.
— Всё-таки суровый ты человек, доктор.
Оксана наконец улыбнулась.
— Зато вы уже знаете, что спорить со мной бесполезно.
Она записала результаты осмотра и назначила следующую дату.
Геннадий Борисович аккуратно убрал рекомендации в папку.
Для него Оксана так и осталась человеком, который однажды помог ему снова уверенно ходить.
А для неё он оставался пациентом, которому следовало вовремя принимать лекарства и не забывать измерять давление.