— Марин, переведи мне ещё тридцать. Мама нашла нормальные стулья для гостиной, завтра акция заканчивается.
Марина подняла глаза от ноутбука.
— Какие стулья?
— Ну те, которые она тебе показывала.
— Мне ничего не нужно в гостиную.
Артём раздражённо вздохнул, словно объяснял очевидное.
— Мы же после свадьбы всё равно будем переделывать квартиру. Мама говорит, нынешняя мебель вообще между собой не сочетается.
— Это моя мебель.
— Скоро будет наша квартира. Какая разница?
Он подошёл, поцеловал Марину в макушку и уже другим тоном добавил:
— Переведёшь?
Марина перевела.
Последний год примерно так и выглядел.
Когда они познакомились, Артём работал менеджером в фирме, торговавшей строительными материалами. Через несколько месяцев ушёл, потому что поссорился с руководителем. Новое место собирался искать «без спешки», чтобы не хвататься за первое попавшееся предложение.
Спешка так и не появилась.
Сначала Марина оплачивала продукты и коммунальные услуги. Потом бензин для своей машины, на которой в основном ездил Артём. Затем его телефон, одежду, спортзал и небольшие суммы «до следующей недели».
Она хорошо зарабатывала и долго не видела в этом катастрофы.
Квартира досталась ей от бабушки ещё до знакомства с Артёмом. Машину она купила сама. Кредитов не было. Поэтому дополнительные двадцать или тридцать тысяч в месяц не казались причиной рушить отношения.
После предложения расходы выросли.
Особенно когда к подготовке подключилась Антонина Павловна.
— Один раз женитесь, — повторяла будущая свекровь. — Неужели будем экономить на родных?
И ресторан на сорок человек превратился в банкет почти на восемьдесят.
Обычного диджея заменили музыкантами.
Появились декоратор, ведущий, фотограф, отдельный десертный стол и фейерверк, который Марина вообще не хотела.
— Это уже слишком дорого, — сказала она после очередной сметы.
Антонина Павловна поджала губы.
— Конечно, если заранее считать каждую копейку, никакого праздника не получится.
Артём поддержал мать:
— Не переживай. Я всё организую.
Марина едва не спросила, на какие деньги, но промолчала.
Он действительно занялся организацией. Сам ездил в ресторан, встречался с ведущим, подписывал договор с музыкантами, заказывал декор.
Только деньги по-прежнему просил у Марины.
Перелом случился случайно.
Однажды вечером она вернулась домой раньше обычного. Артём разговаривал с матерью на балконе и не услышал, как открылась дверь.
Марина собиралась пройти на кухню, когда услышала:
— Ещё немного, мам. К осени точно хватит.
Она остановилась.
— Артём, мне неудобно, — отвечала Антонина Павловна. — У вас свадьба, столько расходов.
— Да перестань. Марина всё оплачивает. Я каждый раз беру чуть больше и разницу перевожу на тот счёт.
Марина медленно сняла туфли.
— А если увидит?
— Она не смотрит. Я говорю, например, что декоратору нужно сорок, беру пятьдесят пять. Пятнадцать туда. По мелочи нормально набегает.
Антонина Павловна засмеялась.
— Вот женишься, она начнёт всё считать.
— После свадьбы разберёмся. Главное, дачу тебе взять. Ты сколько лет хотела?
Марина не вошла на балкон.
Она тихо взяла сумку и снова вышла из квартиры.
Спустилась во двор, села на лавку и минут десять смотрела на окна собственного дома.
Самое неприятное было даже не в деньгах.
Артём не просто жил за её счёт.
Он откладывал часть денег, которые получал от неё, на отдельный счёт и собирался купить подарок матери.
При этом Антонина Павловна ещё неделю назад объясняла Марине, что после свадьбы хорошо бы продать её машину и взять автомобиль побольше.
«Артёму неудобно на твоей малолитражке».
В тот вечер Марина ничего не сказала.
Домой вернулась через час.
— Где была? — спросил Артём.
— В магазин заходила.
— Купила что-нибудь?
— Нет.
На следующий день Марина открыла банковское приложение и выгрузила операции за год.
Потом завела таблицу.
Сначала из любопытства.
Через два часа ей стало нехорошо от цифр.
Отдельно шли переводы Артёму.
Отдельно покупки с её карты.
Ресторан.
Костюм.
Бензин.
Телефон.
Его долги.
Деньги Антонине Павловне на «временно до пенсии».
Марина не стала гадать, сколько именно Артём успел спрятать. Ей важнее было понять собственное положение.
Она подняла документы на квартиру. Собственником была только она.
Проверила машину — то же самое.
Затем внимательно посмотрела договоры по свадьбе.
Тут обнаружилась неожиданная деталь.
Артём так хотел выглядеть главным организатором, что почти везде указывал заказчиком себя. Его подпись стояла в договоре с рестораном. Он же заключил соглашения с ведущим, музыкантами, декоратором и компанией, отвечавшей за вечернюю программу.
Часть авансов Марина уже дала, но основные расчёты предполагались после мероприятия.
Она показала документы знакомому юристу, не рассказывая всей истории.
— Если я больше ничего не оплачиваю, обязательства по этим договорам остаются на человеке, который их заключил?
Тот внимательно посмотрел бумаги.
— По тому, что ты мне показала, заказчиком указан Артём. Но каждый договор надо смотреть отдельно. Ты ничего не подписывала?
— Нет.
— Тогда не подписывай и не подтверждай от своего имени новые обязательства. А с уже перечисленными тобой деньгами разберёмся отдельно.
В тот же вечер Артём радостно сообщил:
— Я окончательно утвердил меню.
— Хорошо.
— И фейерверк будет длиннее.
— Отлично.
Он даже удивился.
— Ты чего такая спокойная?
— А что мне делать?
— Обычно ты начинаешь считать.
Марина улыбнулась.
— Ты же сказал, что всё организуешь.
Артёму понравился этот ответ.
Следующие недели он действительно почувствовал себя хозяином положения.
Антонина Павловна выбрала оформление стола, настояла на дорогом торте и привела ещё шестерых родственников, которых изначально в списке не было.
Марина больше не спорила.
Только перестала переводить жениху деньги по первому требованию.
— Дай сорок до пятницы.
— На что?
— Организационные расходы.
— Пришли счёт.
— Марин, ну ты опять начинаешь.
— Просто пришли.
Счёт не приходил.
Артём ворчал, но находил деньги сам.
За неделю до торжества Антонина Павловна приехала в квартиру с каталогом кухонь.
— После свадьбы надо сразу заказывать. Я вам уже планировку набросала.
Марина посмотрела на рисунок.
— Не надо.
— Почему?
— Мне нравится моя кухня.
— Ты теперь не одна живёшь.
— Пока квартира моя.
Будущая свекровь недовольно посмотрела на сына.
Артём рассмеялся:
— Мам, после свадьбы разберёмся.
Марина ничего не ответила.
За три дня до банкета она попросила отца помочь вывезти вещи Артёма.
— Вы поссорились? — спросил Николай Сергеевич.
— Мы расстались. Просто он пока об этом не знает.
Отец долго смотрел на дочь.
— Марин, может, лучше сказать сейчас?
— Лучше было бы много чего сделать раньше.
— Ты уверена, что хочешь этот спектакль?
— Я не устраиваю спектакль. Праздник организовал Артём. Договоры подписал Артём. Гостей позвал тоже он. Я просто не собираюсь спасать его от того, что он сам устроил.
Отец спорить не стал.
Вещи Артёма упаковали и перевезли в гараж Николая Сергеевича. Замки в квартире Марина поменяла. Второй ключ от машины забрала, а основной Артём сам оставил дома, потому что на банкет собирался ехать на заказном автомобиле.
Официальной регистрации брака не должно было быть.
Несколько месяцев назад они обсуждали подачу заявления, но постоянно откладывали. Артём хотел красивую выездную церемонию и говорил, что в ЗАГС можно сходить отдельно.
В итоге так и не сходили.
Для гостей приготовили символическую церемонию в ресторане.
Раньше Марину это раздражало.
Теперь оказалось очень кстати.
На праздник она приехала в светлом платье, которое купила ещё весной.
Артём выглядел счастливым.
— Наконец-то, — сказал он и поцеловал её в щёку.
Марина почувствовала только странное спокойствие.
Первые два часа всё шло по сценарию.
Ведущий шутил.
Родственники говорили тосты.
Антонина Павловна рассказывала гостям, как помогала детям организовать праздник.
Потом Артём начал пить быстрее обычного.
После очередного тоста кто-то из друзей спросил:
— Ну что, теперь семейный бюджет под контроль?
Артём рассмеялся.
— Какой контроль? Главное — иметь свой резерв.
— Уже сделал?
— А то.
Марина подняла глаза.
Антонина Павловна попыталась сменить тему, но Артём уже вошёл во вкус.
— Пока некоторые думают, что я без работы просто сижу, я нормально всё устроил.
— И сколько спрятал? — крикнул кто-то.
— На дачу почти хватает.
За столом засмеялись.
Артём показал на мать.
— Вот ей. Она давно хотела. Потихоньку откладывал. Маринка всё равно за основные вещи платит, а я разницу сохранял. Семейная экономика!
Антонина Павловна схватила сына за рукав.
— Хватит.
Но было поздно.
Николай Сергеевич, сидевший напротив дочери, медленно поднялся.
— Я правильно понял? Марина давала тебе деньги на ваши расходы, а ты часть переводил себе, чтобы купить матери дачу?
В зале стало заметно тише.
Артём понял, что сказал лишнее.
— Николай Сергеевич, вы не так поняли.
— Я спросил дочь.
Отец посмотрел на Марину.
— Всё так?
Она встала.
— Да. Я услышала об этом несколько недель назад.
Артём побледнел.
— Ты знала?
— Знала.
— И молчала?
— Хотела посмотреть, насколько далеко ты зайдёшь.
Антонина Павловна вмешалась:
— Марина, не устраивай позор на собственной свадьбе.
— Это не моя свадьба.
— Что значит?
Марина посмотрела на гостей.
— В ЗАГС мы с Артёмом не ходили. Заявление не подавали. Юридически никакого брака сегодня не появилось и не появится.
Артём подошёл ближе.
— Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно.
— А всё это тогда что?
— Праздник, который ты организовал.
— Марина, прекрати.
— Не хочу.
Она достала из сумочки папку.
— Я проверила документы. Ресторан заказал ты. Музыкантов — ты. Ведущего, оформление и вечернюю программу тоже ты. Везде стоит твоё имя и твоя подпись. Я больше оплачивать эти договоры не буду. По расчётам общайся с подрядчиками сам.
Артём смотрел на неё, словно не понимал языка.
— У меня нет таких денег.
— Есть заначка.
За дальним столом кто-то нервно кашлянул.
Антонина Павловна вскочила.
— Ты специально всё это подстроила!
— Нет. Договоры Артём подписывал сам. Деньги у меня брал сам. На отдельный счёт переводил тоже сам.
— Но ты могла отменить ресторан!
— Могла. А Артём мог не заказывать то, что не способен оплатить.
Жених наконец пришёл в себя.
— Поедем домой. Там поговорим.
— Ты туда не поедешь.
— В смысле?
— Твои вещи у моего отца в гараже. Завтра заберёшь.
— Ты выставила мои вещи?
— Да.
— А машина?
— Останется у меня.
— Я на ней езжу!
— Ездил. Она принадлежит мне.
Артём повернулся к Николаю Сергеевичу.
— Вы участвовали в этом?
— Я помог дочери перевезти вещи из её квартиры.
Антонина Павловна уже не пыталась говорить тихо.
— А где Артём должен жить?
Марина посмотрела на неё.
— Наверное, там же, где планировал жить владелец вашей будущей дачи.
Отец взял её сумку.
— Поехали?
Марина кивнула.
Возле выхода её догнал Артём.
— Ты понимаешь, что ты мне сейчас жизнь сломала?
Она остановилась.
— Артём, я год содержала взрослого мужчину. Ты в это время откладывал мои деньги, чтобы купить подарок матери, и ещё планировал распоряжаться моей квартирой после свадьбы. Не надо делать вид, что проблема началась сегодня.
— Я хотел потом всё вернуть.
— Когда?
Он не ответил.
Из зала уже вышел администратор ресторана и искал заказчика по договору.
Марина посмотрела на Артёма.
— Кажется, тебя ждут.
Она вышла на улицу.
В машине отец долго молчал.
Потом спросил:
— Ты как?
Марина прислушалась к себе.
Она ожидала слёз, дрожи, желания вернуться и проверить, что происходит в ресторане.
Ничего этого не было.
— Есть хочу.
Николай Сергеевич рассмеялся.
— Вы там два часа сидели за столом.
— Я нервничала и почти не ела.
— Поехали за шаурмой?
— В свадебном платье?
— А есть правило, что нельзя?
Марина посмотрела на светлую ткань, потом на отца.
— Поехали.
Телефон уже вибрировал в сумке. Артём звонил. Следом появилось сообщение Антонины Павловны.
Марина выключила звук.
Завтра можно было разбираться с оставшимися вещами, авансами и другими последствиями.
Сегодня она впервые за долгое время ни за кого не собиралась платить, никого спасать и ничего объяснять.
— Пап, только машину давай я поведу.
— Почему?
Марина забрала у него ключи.
— Потому что она моя.