— Майя, бабушка сказала, что всё уже договорено. Зал подтвердили, только теперь нужно внести деньги.
Тася произнесла это так буднично, будто сообщала, во сколько начинается свадьба.
Майя в этот момент стояла у кухонной раковины и вытирала чашку. Она даже не сразу поняла, о каких деньгах идёт речь.
— Какие деньги?
— Ну как какие? Твои двести тысяч. Илья говорил, что ты получила хорошую выплату после сокращения.
Чашка едва не выскользнула у Майи из рук.
— Что значит «мои двести тысяч»?
Тася замолчала.
— Я думала, вы с Ильёй уже всё обсудили.
— Нет, Тася. Мы ничего такого не обсуждали.
— Но бабушка сказала, что можно рассчитывать…
— Тогда бабушке придётся рассчитывать на что-то другое.
Майя положила чашку на сушилку и только после этого поняла, как сильно у неё дрожат пальцы.
Три дня назад она получила 240 тысяч рублей.
После двадцати лет работы на фабрике.
Не премию. Не подарок. Не свободные деньги, которые можно было потратить на что угодно.
Ей просто выплатили компенсацию после сокращения.
Когда начальник отдела кадров позвонил и попросил зайти для оформления документов, Майя ещё несколько дней надеялась, что всё как-нибудь обойдётся. Она проработала на фабрике с двадцати одного года. Сначала стояла на линии, потом стала старшей смены, освоила несколько участков, помогала новичкам. За двадцать лет она так привыкла к этому месту, что даже не представляла, как выглядит обычный будний день без рабочей формы и пропуска.
Но предприятие сокращало штат.
Ей выдали документы, перечислили деньги и пожелали удачи.
240 тысяч казались большой суммой только до тех пор, пока Майя не села дома и не начала считать.
Она понимала, что новой работы может не быть месяц или два. Возможно, придётся пройти курсы, чтобы освоить другую программу и расширить список вакансий. Нужно будет ездить на собеседования, оплачивать дорогу, иногда покупать нормальную одежду для встреч с работодателями. А главное — продолжать жить.
Продукты, коммунальные платежи, лекарства, бытовые расходы.
Поэтому Майя сразу решила: эти деньги трогать без необходимости нельзя.
Она даже записала в блокнот примерный план.
На несколько месяцев жизни — одна сумма.
На обучение — другая.
Остальное оставить как резерв.
Ей хотелось хотя бы ненадолго перестать бояться каждого следующего месяца.
И вот теперь Тася сообщала, что из этих денег уже собираются оплатить её свадьбу.
Вечером Илья пришёл домой раньше обычного. Майя дождалась, пока он разденется, поставит обувь на полку и зайдёт на кухню.
— Нам нужно поговорить.
Он посмотрел на неё и сразу понял, о чём речь.
— Тася уже звонила?
— Она приходила в себя или звонила? Какая разница. Она сказала, что ты пообещал двести тысяч.
Илья тяжело вздохнул.
— Я не совсем так сказал.
— А как?
Он сел напротив.
— Мама спросила, сможете ли мы помочь Тасе со свадьбой. Я сказал, что у тебя сейчас есть выплата и мы что-нибудь придумаем.
— «Мы что-нибудь придумаем» превратилось в «Майя даст двести тысяч».
— Я понимаю.
— Похоже, не очень.
Илья потер ладонью лицо.
— Я действительно виноват. Надо было сначала с тобой поговорить.
— Не надо было вообще говорить о моих деньгах, не спросив меня.
Он кивнул.
Майя открыла блокнот.
— Смотри.
Илья посмотрел на исписанные страницы.
— Это что?
— Мой план на ближайшие месяцы.
Она показала ему расчёты.
— Я не знаю, когда найду работу. Мне нужны деньги на курс. Он стоит почти тридцать тысяч. Потом дорога до учебного центра, собеседования. Если вакансия будет в другом конце города, мне придётся ездить. Я хочу оставить хотя бы нормальный запас, чтобы не хвататься за первую попавшуюся работу только потому, что закончились деньги.
Илья молчал.
— И ещё, — продолжила Майя, — ты ведь сам знаешь, какая сейчас ситуация. Меня сократили не потому, что я решила месяц отдохнуть. У меня нет зарплаты.
— Я знаю.
— Тогда почему двести тысяч вдруг стали свободными?
Илья долго смотрел на блокнот.
— Наверное, я испугался.
Майя не ожидала такого ответа.
— Чего?
— Того, что тебя сократили. Я сначала думал, что всё нормально, что быстро найдёшь новое место. А потом мама начала говорить про свадьбу, про то, что Тася давно мечтает о нормальном празднике. Я сам сказал ей, что мы поможем.
— Почему?
— Потому что мне хотелось сделать вид, что у нас всё как раньше. Что ничего страшного не произошло.
Майя закрыла блокнот.
— А произошло.
Он кивнул.
— Да.
В этот вечер они впервые нормально поговорили о деньгах за последние несколько лет.
Не о том, кто сколько потратил на продукты или сколько нужно перевести за коммуналку, а о том, что будет, если один из них останется без работы.
Илья достал из телефона список свадебных расходов, который ему прислала мать.
Зал — 95 тысяч.
Банкет — ещё больше.
Фотограф.
Ведущий.
Украшения.
Музыка.
Платье.
Какая-то фотозона, без которой, по мнению Риммы Дмитриевны, «сейчас вообще нельзя».
Всё это складывалось в сумму, от которой Майя почувствовала ещё большее раздражение.
— Они действительно рассчитывали, что я отдам почти всё?
— Похоже.
— А что останется мне?
Илья посмотрел на список.
— Теперь я понимаю, что ничего нормального.
— Вот именно.
На следующий день Илья сам позвонил Тасе.
Майя не слышала весь разговор, но по его голосу поняла, что легко он не пройдёт.
— Нет, Тася. Я неправильно всё сказал.
Пауза.
— Нет, не надо звонить Майе. Это моя ошибка.
Ещё пауза.
— Она ничего тебе не должна.
Когда Илья положил трубку, он несколько минут сидел молча.
— Ну?
— Она расстроилась.
— Понимаю.
— Мама тоже.
Майя пожала плечами.
— Это нормально.
Через некоторое время выяснилось, что Римма Дмитриевна уже внесла тридцать тысяч рублей задатка за зал из собственных накоплений.
Илья узнал об этом от матери и вечером сказал Майе:
— Я верну ей эти деньги.
— Из чего?
— Продам мотоцикл.
Майя удивлённо посмотрела на него.
— Ты давно его хотел оставить.
— Знаю.
— Не надо продавать его ради меня.
— Я продаю не ради тебя. Я сам создал эту ситуацию. Сам сказал матери, что мы поможем, не спросив тебя. Значит, я сам и должен разбираться с последствиями.
Майя ничего не ответила.
Впервые за несколько дней она увидела, что Илья действительно понял, где ошибся.
Свадьбу Таси пришлось пересматривать почти полностью.
Римма Дмитриевна сначала была против.
— Люди что скажут? — возмущалась она. — Один раз девушка выходит замуж!
— А второй раз бюджет появляется откуда? — спросил Илья.
— Вы молодые, заработаете.
— А Майя уже заработала. Двадцать лет.
Римма Дмитриевна обиженно замолчала.
В конце концов Тася сама села с женихом и начала пересчитывать расходы.
От большого банкетного зала отказались. Нашли небольшой ресторан, где помещались только самые близкие. Убрали дорогую фотозону, выбрали более простой вариант оформления, пересмотрели меню и отказались от части развлечений, которые раньше казались обязательными.
Тася поначалу переживала.
Она представляла свадьбу совсем иначе.
Но постепенно привыкла к новой смете.
Через несколько недель она встретилась с Майей.
— Я хотела извиниться.
Майя поставила перед ней чашку кофе.
— За что именно?
Тася немного смутилась.
— За то, что решила, будто твои деньги можно просто взять.
— Ты ведь не знала всей ситуации.
— Знала, что тебя сократили. Но почему-то думала, что двести сорок тысяч — это много. Ну, получила и получила.
Майя улыбнулась.
— Я тоже раньше иногда так думала, когда слышала о чужих выплатах.
— А потом поняла?
— Потом начинаешь считать.
Тася кивнула.
— Бабушка ещё говорила, что ты всё равно быстро найдёшь работу.
— Надеюсь.
— А если нет?
— Поэтому я и берегу деньги.
Тася посмотрела на неё уже совсем иначе.
— Я раньше даже не думала, что после двадцати лет работы можно просто остаться без места.
— Я тоже не думала.
Эта фраза прозвучала спокойно, без жалобы.
Майя действительно не хотела жалеть себя.
Она записалась на курс по новой программе, которой пользовались в нескольких компаниях. Первые занятия давались тяжело. После двадцати лет на фабрике привыкнуть к учебному кабинету, формулам и незнакомым интерфейсам было непросто.
Иногда она возвращалась домой и говорила Илье:
— Я сегодня ничего не поняла.
Он отвечал:
— Значит, завтра поймёшь.
И она действительно приходила снова.
Параллельно Майя начала ходить на собеседования.
Одно предприятие оказалось слишком далеко. В другой компании требовали опыт, которого у неё не было. Третья вакансия показалась подходящей, но там предлагали меньше денег, чем она рассчитывала.
Она не хваталась за первое предложение.
Именно для этого и нужен был резерв.
Проходили недели, а сумма на счёте постепенно уменьшалась.
Сначала Майя тревожно смотрела на каждую трату. Потом заметила, что деньги уходят не на чужие хотелки, а на обычную жизнь.
Продукты.
Проезд.
Обучение.
Небольшой ремонт обуви.
Однажды она заплатила за очередную поездку на собеседование и, вернувшись домой, открыла банковское приложение.
На счёте стало заметно меньше.
Раньше от этой цифры у неё сжимался бы желудок.
Теперь она просто посмотрела на неё и закрыла телефон.
Она знала, куда ушли деньги.
В один из вечеров Тася прислала сообщение.
«Майя, случайно увидела вакансию. Кажется, тебе может подойти. Там нужен человек с опытом производства и обучением новой программы».
К сообщению была прикреплена ссылка.
Майя внимательно прочитала описание.
Зарплата была нормальной. График подходил. Доехать можно было с одной пересадкой.
Она не стала просить Тасю договориться или отправить её резюме.
Просто открыла сайт и сама отправила отклик.
Через три дня ей позвонили.
Разговор занял почти двадцать минут.
Потом пригласили на собеседование.
Майя положила телефон и несколько секунд сидела неподвижно.
Работу ей ещё не дали.
Но впервые за долгое время она почувствовала, что снова сама управляет происходящим.
Илья к этому времени продал мотоцикл и вернул матери тридцать тысяч рублей.
Римма Дмитриевна ещё некоторое время была недовольна, но больше не говорила о деньгах Майи.
С Тасей отношения тоже стали спокойнее. Перед свадьбой она иногда советовалась с Майей по мелочам, но уже не как с человеком, который должен оплачивать её решения, а просто как с близкой родственницей.
Когда свадьба состоялась, Майя пришла.
Небольшой ресторан оказался уютнее огромного зала, который они собирались снять сначала. За столом сидели близкие люди, Тася смеялась, жених несколько раз путался в словах, а Римма Дмитриевна всё равно успела пожаловаться на то, что десерт могли бы сделать красивее.
Майя слушала её и улыбалась.
После праздника она вернулась домой и сняла туфли.
На следующий день снова было занятие.
Потом собеседование.
Потом ещё одно.
Жизнь постепенно складывалась заново, хотя пока и не так быстро, как хотелось.
Однажды вечером Майя снова открыла банковское приложение.
На счёте оставалось значительно меньше тех 240 тысяч, которые она получила после сокращения.
Она посмотрела на цифру спокойно.
Эти деньги не исчезли.
Они превратились в продукты, оплату жилья, обучение, дорогу, несколько месяцев без паники и возможность не соглашаться на первую попавшуюся работу из страха остаться без средств.
И тогда Майя впервые подумала, что ей действительно повезло получить эту выплату именно сейчас.
Не потому, что она стала богаче.
А потому, что вместе с деньгами ей дали немного времени.
Времени разобраться, чему учиться дальше, куда отправлять резюме и какую жизнь она хочет построить после двадцати лет на одном месте.
Майя закрыла приложение, убрала телефон в сумку и достала конспект с прошлого занятия.
На следующей странице были задания, которые она ещё не успела сделать.
Она поставила чайник и села за стол.
Деньги постепенно уходили, но впервые за долгое время Майя не испытывала из-за этого стыда или страха.
Она тратила их на себя и своё будущее.
И этого было достаточно.