— Инн, кинь две тысячи. Мне на проезд и телефон до конца недели.
Сообщение пришло в половине одиннадцатого утра, когда Инна сидела на совещании и пыталась одновременно слушать начальника и исправлять цифры в отчёте.
Она прочитала, заблокировала экран и положила телефон рядом с ноутбуком.
Через три минуты Олег написал снова:
«И интернет сегодня оплати, а то отключат».
Инна ничего не ответила.
Последние полгода подобные просьбы приходили почти каждый день. Только слово «просьбы» уже плохо подходило. Олег давно писал так, словно напоминал бухгалтерии о положенной выплате.
Шесть месяцев назад его сократили из компании, где он руководил небольшим отделом продаж. Первые недели Инна действительно жалела мужа. Он тяжело переживал увольнение, говорил, что в сорок лет начинать заново унизительно, часами просматривал вакансии.
Инна тогда сказала:
— Не торопись. Месяц-два я вытяну.
Эти два месяца давно закончились.
Олег ходил на собеседования, но почти всегда возвращался с одной и той же историей.
— Сто двадцать тысяч? После моей прежней зарплаты? Смешно.
Или:
— Там ненормированный день. Они хотят, чтобы руководитель жил на работе.
Или:
— По субботам иногда выходить надо. Я что, грузчик?
Инна сначала соглашалась, что искать стоит хорошее место. Потом стала осторожно предлагать временную работу.
— Возьми что-нибудь на несколько месяцев. Потом найдёшь подходящее.
Олег обижался.
— Чтобы в резюме потом объяснять, почему я после руководителя пошёл обычным менеджером?
При этом обычная жизнь мужа почти не изменилась.
Абонемент в дорогой спортзал он продлил. По пятницам встречался с друзьями. Несколько раз ездил с ними на рыбалку. На бензин, кафе и телефон деньги просил у Инны.
Она платила за продукты, коммунальные услуги, страховку машины и кредит, который они брали на мебель. Кроме этого, закрывала небольшой долг по карте Олега, оставшийся ещё с тех времён, когда он работал.
Инна стала брать больше задач. Отказалась от отпуска летом, дважды ездила в командировки вместо коллеги и соглашалась на проекты, которые раньше распределяла между сотрудниками.
В конце осени ей предложили повышение.
Зарплата увеличивалась почти на треть.
Инна пришла домой счастливая и открыла бутылку вина.
— Меня начальником направления делают.
Олег обнял её.
— Вот видишь! Я всегда говорил, что тебе надо требовать больше.
Через десять минут он добавил:
— Тогда, может, мне пока вообще не дёргаться? Найду уже нормальное место, без компромиссов.
Радость от повышения немного потускнела.
Настоящий скандал случился из-за накопительного счёта.
Они несколько лет откладывали на первый взнос за собственную квартиру. Сейчас жили в двухкомнатной, принадлежавшей родителям Олега. Свёкор со свекровью давно перебрались за город и разрешили сыну пользоваться жильём.
Инна ежемесячно переводила часть зарплаты в накопления.
Однажды она увидела списание на сорок восемь тысяч.
— Олег, ты снимал деньги?
— Да.
— Зачем?
— Родителям стиралку купил. У них старая сломалась.
— Из наших накоплений?
— А откуда мне сейчас взять?
— Сначала можно было спросить.
Олег искренне удивился.
— Это мои родители.
— А деньги общие.
— Инн, мы живём в их квартире бесплатно. Ты представляешь, сколько бы аренда стоила?
Спор закончился ничем.
Через месяц исчезли ещё семьдесят тысяч. Олег оплатил матери путёвку в санаторий.
Весной — деньги на ремонт крыши дачного дома.
Когда Инна попыталась возразить, свекровь сама позвонила ей.
— Инночка, не надо считать каждую копейку между родными. Мы вам квартиру дали, никогда аренду не просили. Олег правильно делает, что помогает семье.
Инна чуть не спросила, почему в таком случае Олег помогает семье деньгами, которые зарабатывает не он.
Но промолчала.
Ей вообще всё чаще приходилось молчать, потому что любой разговор заканчивался одинаково: Олег становился оскорблённым, Антонина Сергеевна объясняла, как должна вести себя жена, а Инна чувствовала себя мелочной женщиной, которая зажала деньги на стиральную машину пенсионерам.
При этом её собственная жизнь сузилась до работы.
Утром она уходила первой. Возвращалась иногда после девяти. В командировках отвечала на письма из гостиницы до полуночи.
Олег однажды встретил её после трёхдневной поездки словами:
— Ты продукты заказала? Холодильник пустой.
Инна посмотрела на мужа.
— Ты три дня был дома.
— И?
— Магазин через дорогу.
— Я думал, ты доставку сделаешь.
В тот вечер она впервые серьёзно подумала, что проблема давно не в отсутствии у Олега работы.
На следующий день знакомый прислал ему вакансию руководителя группы продаж. Зарплата была ниже прежней процентов на двадцать, зато компания крупная и официальное оформление с первого дня.
Олег отказался после собеседования.
— Они хотят, чтобы я иногда сам работал с клиентами.
— И что?
— Я руководитель.
— Сейчас ты безработный.
Он посмотрел на неё так, будто она ударила его.
Два дня почти не разговаривал.
А потом пришло то самое сообщение:
«Инн, кинь две тысячи. Мне на проезд и телефон до конца недели».
Следом — напоминание про интернет.
Инна сидела на совещании и вдруг поняла, что переводить не будет.
Не из-за двух тысяч.
Её зарплата позволяла оплатить телефон.
Просто она больше не понимала, почему взрослый здоровый мужчина считает естественным полгода выбирать идеальную должность, пока жена оплачивает даже его поездки к друзьям.
После совещания Инна зашла к руководителю.
— Павел Дмитриевич, можно мне взять несколько дней? Я понимаю, что сейчас неудобно, но я уже почти год нормально не отдыхала.
Тот посмотрел на неё поверх очков.
— Я думал, ты никогда не попросишь.
— Всё настолько заметно?
— Ты вчера дважды отправила мне один и тот же отчёт.
Инна улыбнулась.
— Значит, пора.
— Бери до понедельника. По новому направлению всё равно со следующей недели официально заходишь.
Домой она приехала раньше обычного.
Олег сидел за компьютером.
— Ты почему не ответила?
— На что?
— Я писал про телефон.
Инна сняла пальто.
— Видела.
— Тогда переведи. У меня завтра списание.
Она прошла на кухню, налила воды и сказала:
— Я уволилась.
Олег сначала не понял.
— В смысле?
— В прямом. Больше не работаю.
Он несколько секунд смотрел на неё.
— Ты шутишь?
— Нет.
— А повышение?
— Не будет.
Олег вскочил.
— Инна, ты вообще нормальная? Ты только получила такую должность!
— Устала.
— Все устают. Для этого отпуск существует.
— Мне захотелось уйти.
— А жить мы на что будем?
Именно этого вопроса Инна ждала.
Не «что случилось?».
Не «почему ты ничего мне не сказала?».
Не «тебе настолько плохо?».
Первым было: на что мы будем жить.
— Ты найдёшь работу.
Олег нервно прошёлся по комнате.
— Какую? Я полгода ищу нормальную.
— Любую.
— Что значит любую?
— Ту, где платят деньги.
— Ипотеку ты хотела брать, между прочим. Как теперь?
— Значит, не возьмём.
— А коммуналка? Кредит? Машина?
— Придётся тебе решать.
Олег смотрел на неё с таким ужасом, словно Инна сообщила не об увольнении, а о пожаре.
— Ты хоть накопления не трогала?
Она едва не рассмеялась.
— Те самые, из которых ты купил родителям стиральную машину, санаторий и крышу?
— Не начинай.
— Не начинаю.
Через двадцать минут Олег уже звонил матери.
Антонина Сергеевна приехала меньше чем через час.
Она вошла, не снимая пальто.
— Инна, что произошло?
— Я ушла с работы.
— Почему?
— Решила отдохнуть.
— Отдохнуть можно в отпуске!
Олег стоял возле окна и молчал.
Свекровь села за стол.
— Ты понимаешь, что сейчас сделала? У вас кредит. У Олега пока переходный период.
Инна чуть не улыбнулась этому выражению.
— Переходный период длится полгода.
— Потому что он не хочет хвататься за что попало. Мужчина должен беречь профессиональный уровень.
— А женщина должна его содержать?
— Не передёргивай. В семье всякое бывает.
— Конечно.
Антонина Сергеевна продолжала всё громче:
— И у нас сейчас расходы. Мы рассчитывали летом закончить дачу. Олег обещал помочь с верандой.
— На какие деньги?
— Что значит на какие? Вы семья.
— Моими?
— Господи, опять это «моё-твоё»! Вы живёте в нашей квартире.
Инна кивнула.
— Вот теперь я поняла.
— Что ты поняла?
— Что моя зарплата уже была распределена между всеми, кроме меня.
Олег вмешался:
— Хватит драматизировать.
Потом достал телефон.
— Кстати, интернет ты так и не оплатила. Завтра отключат.
Инна посмотрела на мужа и вдруг почувствовала не злость, а абсолютную ясность.
Она несколько дней придумывала, что скажет, если разговор дойдёт до этой точки. Теперь заготовленные слова оказались не нужны.
— Я не увольнялась.
Олег нахмурился.
— Что?
— Я взяла четыре дня отпуска.
Антонина Сергеевна замолчала.
— Работа у меня есть. Повышение тоже.
Олег медленно опустил телефон.
— Ты специально меня обманула?
— Да.
— Зачем?
— Хотела понять, что произойдёт, если моих денег вдруг не станет.
— Ты устроила проверку собственной семье?
— Получается, да. И мне хватило часа.
Свекровь первой пришла в себя.
— То есть ты всё это разыграла?
— Я хотела услышать хотя бы один вопрос о том, почему я после года без отпуска вдруг бросила хорошую работу. Вместо этого вы вдвоём начали считать, кто оплатит коммуналку, телефон и вашу дачу.
— Не говори ерунды, — отрезал Олег. — Естественно, я испугался. Мы супруги.
— Именно поэтому я полгода платила за всё. Но супругом ты себя вспоминаешь в основном, когда нужны деньги.
— И что теперь?
— Я хочу развестись.
Олег усмехнулся, будто не поверил.
— Из-за интернета?
— Нет. Интернет просто оказался последним.
Инна пошла в спальню.
Чемодан стоял за шкафом. Она заранее сложила документы, рабочий ноутбук и несколько вещей в большую сумку. Остальное можно было забрать потом.
Олег появился в дверях.
— Ты это заранее подготовила?
— Да.
— Куда ты пойдёшь?
— Пока к сестре. Потом сниму квартиру.
— То есть ты всё решила?
— Я решила, что больше не буду содержать тебя и финансировать твою помощь родителям.
Антонина Сергеевна услышала последние слова.
— Тогда и квартира наша! Не забывай.
Инна застегнула сумку.
— Не забываю. Я поэтому и ухожу.
Свекровь явно не ожидала такого ответа.
— А накопления?
— Разберёмся при разводе. Все движения по счёту у меня сохранены.
Олег побледнел.
— Ты ещё и деньги делить собралась?
— Мы же супруги. Ты сам только что напомнил.
На этот раз он ничего не ответил.
Инна вызвала такси.
Пока ждала машину, сидела в прихожей на сумке. Из кухни доносились голоса. Антонина Сергеевна убеждала сына немедленно заблокировать какие-то карты, Олег отвечал, что карты оформлены не на него.
Инна слушала и удивлялась, как долго считала всё это временной трудностью.
Такси приехало через восемь минут.
Олег вышел в коридор.
— Ты правда сейчас уйдёшь?
— Да.
— Может, хотя бы до завтра подождёшь?
— Зачем?
— Поговорим спокойно.
— Мы полгода могли поговорить спокойно.
— Я найду работу.
Инна посмотрела на него.
— Найди. Тебе самому станет легче.
— А нам?
— «Нас» в прежнем виде больше не будет.
Она забрала сумку и вышла.
Первые недели оказались не такими лёгкими, как представлялось. Пришлось искать жильё, консультироваться по разводу, разбираться с общими накоплениями и отвечать родственникам, которые считали, что Инна слишком резко отреагировала на временные проблемы мужа.
Но работа никуда не исчезла.
Через неделю она официально перешла на новую должность. С первой повышенной зарплаты сняла небольшую однокомнатную квартиру ближе к офису.
Олег несколько раз просил вернуться. Потом сообщил, что устроился руководителем группы в компанию, которую раньше считал недостаточно престижной.
Инна искренне пожелала ему удачи.
Телефон и интернет он теперь тоже оплачивал сам.
Однажды вечером Инна открыла банковское приложение. Раньше в день зарплаты она сразу распределяла деньги: коммуналка, кредит, Олегу, продукты, его родителям, накопления.
Теперь список был короче.
А в календаре впервые за долгое время стоял настоящий отпуск.
Инна закрыла приложение и больше ничего никому не переводила.